Двойной захват

Вас все уважают!

– Прекрати, Иван, а то я расплачусь. Старый стал, сентиментальный. Засунь конфеты и печенье в карман. Я что сказал! Конечно, я еще обращусь к тебе, но, думаю, эти маленькие наши офицерские разборки на этом благополучно закончатся. Тебе спасибо. – Сергей крепко пожал руку старшины. – Насчет забывчивости – это не совет, это приказ!

Заперев за Дроновым дверь каюты, Редин снова расслабился в кресле. Почему бы не поощрить свою умную голову чашечкой крепкого кофе и граммулечкой спиртного с хорошей сигаретой? Он был доволен собой и умиротворен.

Глава 4

Капитан первого ранга Любимцев ушел со службы за два часа до окончания рабочего времени. Он торопился домой к телефону. Только оттуда по договоренности он мог позвонить в экстренном случае. Таковым Валерий Яковлевич посчитал теперешнее развитие событий. Злость переполняла его, мешала сосредоточиться, искала выхода. Чуть успокоился он, когда, проходя через штабную «вертушку», устроил грандиозный скандал в рубке дежурного.

А там, на плавмастерской, какой-то сраный капитан-лейтенант грозил провалить весь разработанный план и подвести Любимцева под… Движение своих мыслей и дальше в этом направлении он категорически пресекал. В другое время и при других обстоятельствах он бы расправился с засранцем одним щелчком. «Не льсти себе, – подумал он. – Такие, как этот капитан, дерутся насмерть, ему нечего терять».

Поэтому и торопился домой, повторяя в памяти заученный телефонный номер и слова пароля.

– Алло! Это 18-39-45? Извините, пожалуйста, – опустив трубку на рычаг, закурил. Через пять минут снова позвонил:

– Простите, я по объявлению… Очень жаль, что опоздал. До свидания.

Любимцев посмотрел на часы: до условленной встречи был ровно час.

На одной из дорожек городского сквера у Мемориала павшим в годы войны Любимцева окликнули:

– Валерий Яковлевич, дорогой! – Средних лет коренастый мужчины в гражданской одежде, улыбаясь, направился к нему. Этого человека Любимцев видел впервые. – Не узнаете, а? Впрочем, мы не так долго вместе служили, да и то в разных подразделениях. И воды с тех пор утекло! А я из нашей родной Гремихи, проездом, как всегда, на Большую землю.