Злая память

Уж, коль ты сам себя, так обозвал! Скажи-ка мне, как офицер офицеру: разве поступок Побилата не достоин уважения? Майор, быть может, настало то самое время, когда нам следует кое-что пересмотреть, переосмыслить? Вполне допускаю мысль о том, что кое-чему мы можем поучиться даже у нашего нынешнего врага. Имею в виду кавказцев!..

Тебе не кажется, что русские стали излишне мягкотелы и либеральны? В нас плюют со всех сторон, а мы, знай себе, утираемся. Ты только представь, что бы здесь началось и что осталось бы от нынешних бандформирований, да полевых командиров, если бы, по примеру твоего лейтенанта, сюда, на Кавказ, нагрянули бы братья, сыновья и отцы погибших российских военнослужащих, за своей кровной местью!

Великую отечественную войну, к сожалению, я вовсе не застал.

И, тем не менее, отношу себя к людям старой формации. По мне, Князев… Таким пацанам, как наш Побилат памятники нужно ставить и отправлять к их каменным изваяниям школьные экскурсии. Так сказать, для воспитания в нашей нынешней молодёжи военно-патриотического духа. А ты, майор, заладил: «забери, да отправь». Ни мне, ни ему житья не даёшь.

Я вот, что тебе скажу. Воинское звание Побилата, его ныне занимаемой должности вполне соответствует. Так какие проблемы? Поднатаскай парня в военном ремесле, и получишь себе отличного, башковитого зама.

– Одного лишь желания мстить, боюсь, тут будет недостаточно!.. – Валерий с сомнением покачал головой. – …И вообще, к чему мне офицер, которого и в бой-то не пошлёшь?

– Не беспокойся!.

. – подполковник быстро сообразил, на что намекает сейчас майор. – …Документы и соответствующие запросы на Побилата я уже отправил. Уверен, что положительный ответ мы обязательно получим. Дай только срок!..

Несколько отвлекаясь от основной канвы повествования, стоит отметить, что именно сейчас Лютый несколько слукавил. В действительности, он лишь собирался разослать документы лейтенанта по соответствующим армейским инстанциям.

– Кстати, как он тебе? – поинтересовался вдруг подполковник.

– Побилат не девушка, чтоб нравиться или не нравиться!.. – ухмыльнулся Князев. – …Да собственно, я и общее мнения о нём вряд ли сейчас сформулирую. Потому как крайне редко я с ним вижусь. И, уж тем более, общаюсь. Он ведь по вашему приказу всё больше у Михайленко в складских ангарах торчит. Порой забываю, есть ли у меня такой офицер.

– Эх, чёрт! Моё упущение!.. – тяжело вздохнул подполковник.