Гарем ундер-лейтенанта Говорова

– К тому, что службу нужно нести, а не с британцами по кабакам кулаки чесать!

– Да, пошёл ты! – отмахнувшись, недовольно пробурчал Демидов.

«Ну, и пусть злится! И вообще, пускай считает меня кем угодно. Эти придурки даже представить себе не могут, как порой может быть счастлив молодой человек!.. – покидая оружейную палубу, весело присвистнул Говоров. – …Точнее, даже не «счастлив». Речь сейчас идёт о некой гордости, повышенной самооценки… Как не крути, а я действительно горд за то, что мне ныне подвластна, едва ли не всякая баба.

Горд за то, что я вовсе не озабочен поиском скорых и беспорядочных любовных утех с грязными девками из портовых борделей. Нет-нет, о своей тайне я никому, никогда не скажу. Не дай-то Бог, сглазят!..»

К вечеру, вернувшись в каюту достаточно уставшим, Герман аккуратно взял в свои руки заветную колоду, осторожно её перебрал, мысленно представляя, какие ещё сюрпризы она может ему преподнести. После чего, завернул ту колоду в белоснежный платок и спрятал её от посторонних глаз, под подушку.

Ближайшей ночью Говорова действительно поджидал сюрприз. Правда, он был скорее со знаком «минус». Причём, как позже признается самому себе Герман, те неприятности напрямую вытекали из его прежней самоуверенности, связанной с доступностью прежних дам… Впрочем, ближайшая полночь началась для ундер-лейтенанта, как и прежде. Не было и намёка на возможные неприятности. Открыв глаза, офицер увидел очередную нимфу. На сей раз перед ним предстала черноволосая девчушка, скромно присевшая на краешек его койки.

Полностью обнажённая юная особа, похоже, была вовсе не против ночных утех. По крайней мере, именно так показалось на тот момент Говорову.

– Как твоё имя? – абсолютно без эмоций поинтересовался Герман, будто бы данная информация для него вовсе ничего не значила.

– Хейла! – очень тихо ответила та.

– Надеюсь, ты не против, разделить со мной любовное ложе? – проговорил хозяин каюты, и несколько бесцеремонно попытался притянуть к себе брюнетку.

Барышня легко вырвалась из рук хозяина каюты и встала посередине корабельного помещения. Дама выглядела несколько испуганной, если не сказать сильно перепуганной и порядком опешившей. У неё будто бы пропал дар речи, потому как ночная гостья лишь открывала рот не в силах вымолвить и слова. Меж тем, Говоров времени зря не терял. Встав с кровати, он мигом снял с себя минимальный набор нижнего белья, после чего, закрыл дверь каюты на ключ.