Чужая параллель

Увлёкшись данным зрелищем, я вовсе не заметил, как Мациевский встал на ноги и неуверенной походкой отправился к резервному рубильнику. Тому самому отсекателю, что был установлен на третьей секции слева.

Вспомнить о Валерке, оставленном в кресле, меня заставил шум, очень схожий с треском замыкаемых электроконтактов. Я оглянулся на тот подозрительный шум и увидел своего институтского приятеля в аккурат возле третьей секции. Мациевский не только добрался до резервного рубильника, он его ещё и взвёл. Причём, взвёл не до конца.

– Да, что ж ты творишь?.. – взревел я, и тотчас же бросился к третьей секции. – …Куда, мля, ты полез?

Оттащив Мациевского от высоковольтного оборудования, я вернул рубильник в первоначальное положение. С этой минуты я перестал испытывать какие-либо иллюзии по поводу адекватного поведения Мациевского. Он уже не контролировал ни себя, не свои действия. Пора было брать ситуацию в свои руки, иначе Валера, действительно мог начудить.

Я сгрёб пьяного председателя комиссии Госстрой надзора в свои объятия и решительно потащил того к проходной. Он, конечно же, сопротивлялся, что-то орал, да только я был уже непреклонен.

Когда мы вплотную приблизились к въездным воротам фабрики, из караульного помещения вдруг вышел молодой человек в форме охраны.

– Эй, алкаши!.. Вы чего делаете на охраняемой территории?

– Парень, не беспокойся…– едва переводя дух (уж больно тяжёлым и упёртым оказался Мациевский), я попытался успокоить караульного.

– Какой на хрен Васильевич?.. – молодой человек в форме охранника был настроен весьма воинственно. Решительным шагом он направился в нашу сторону. – …Проваливайте. Ещё раз увижу, пеняйте на себя. Так отмандохаю, как звать вас забудете.

– Всё-всё-всё, уже уходим… – мне пришлось поторопиться. Лишь миновав приоткрытые ворота и оказавшись вне фабрики, я позволил себе немного притормозить и обернуться к караульному.

– Это ты, очевидно, меня не знаешь, – рявкнул в ответ охранник. Для убедительности он со всей своей дури ударил ногой по воротам. Металл за моей спиной грохнул так сильно, что я едва не оглох.

– Всё, Валера, прощай. Достал ты меня нынче, уже основательно… – произнёс я, усаживая Мациевского в салон такси.