Пасмурный полигон

Вы говорите с человеком, у которого на этот счет есть сходные с вашими соображения.

Эккерт покачал головой:

– Полковник, вы не знаете, с кем говорите…

Остер остановился.

– Нет, почему же! Я прекрасно знаю вас… Вы знакомы с Герингом еще с 1920 года и личный друг семьи Штумпфов, которая вам покровительствует у фюрера до сих пор. В партии вы с 1925 года, и ваш членский билет пять тысяч восемьсот тридцать. Вы из числа «старых камрадов» фюрера, и ваш пост советника при рейхсмаршале открывает вам доступ во все гостиные.

Однако у нас есть данные, что вы обладаете некоторыми странными для верного наци привычками. Вы протестовали против смертных приговоров голландским офицерам, оказавшим сопротивление нашим войскам, вы пытались протестовать против приговоров английскому капитану Бесту и майору Стивенсу, захваченных в Венло, на голландской территории. Мы знаем, что позиция рейхсмаршала по этим вопросам была подсказана ему вами. Так что мы знакомы, господин Эккерт…

– Вы многим рискуете, полковник… – спокойно сказал Эккерт.

– Навряд ли, – коротко ответил Остер. Помолчав, он добавил: – Мы отлично знаем, что вы настроены проанглийски. Что ж, это не преступление. Большевизм – вот главный враг цивилизации. Не в наших интересах атаковать Запад. Сумасшествие фюрера приведет нас к катастрофе. Мне, начальнику Центрального отдела абвера, это известно лучше вас. Я каждый день готовлю сводку для фюрера и знаю, о чем говорю. Итак, я хотел бы знать: с нами ли вы? Такого же мнения, как я, придерживаются многие видные военачальники Германии.

В том, что полковник говорит правду о существовании влиятельных своих единомышленников, Эккерт не усомнился ни на минуту. В гостиных правящей верхушки уже давно поговаривали об оппозиции некоторых генералов армии. Называли генералов Фрича, Вицлебена, Рейхенау и других. Даже фюрер на одном из совещаний истерически прокричал что-то о тлетворном «духе Цоссена», намекая на ставку Генштаба в пригородном местечке Цоссен.

Остер ждал ответа. Они медленно шли по аллее. Эккерт остановился у последней скамейки и взял полковника за рукав мундира.

– Давайте договоримся так. Вы способный офицер. У вас блестящее будущее. Я поступлю не так, как должен был бы поступить. Я забуду о сегодняшнем разговоре. Однако, полковник, я вам не советую вести такие разговоры и впредь. Вы меня поняли?..

Остер пожал плечами.

– Вы делаете большую ошибку, Эккерт. Впрочем, дело ваше.