Эсхит. Нерыцарский роман. Роман без злодея

– — Когда ты намерен выступить? – - Спросил негромко отец.

– — Завтра, как только взойдёт солнце, – - ответил сын.

Этьен встал из-за стола и пошёл к себе, пожелав скоротать благодатным одиночеством последние часы перед отъездом. В своей комнате он ни чем не занимался, даже особо ни о чём не думал, и он не заметил, как очутился возле зеркала прямо перед своим отражением. Он поднял праву руку и сжал её в кулак, потом быстро разжал и прикоснулся тыльной стороной пальцев к своей щеке, ощутив какая у него нежная кожа – - Этьен ещё никогда не брился.

– — Несчастный я, – - вслух сказал он, – - у иных борода начинает расти в 16 лет, а у меня до сих пор лишь жалкий пушок над верхней губой. Волосы длинные, светлые, мягкие. Изабель права, я словно девушка.

Он отыскал старые ножницы в ящике дедовского шкафа и, терпеливо, стоя твёрдо, как бдительный стражник у ворот, прямо напротив большого зеркала, медленно, не прерываясь, пока полностью не закончил, где только смог достать и насколько получилось коротко, обрезал все волосы вокруг головы – - сзади и спереди.

XIV глава.

С восходом уже по-осеннему вальяжного солнца Этьен и Александр, чуть задержавшись, пережидая пока опустят откидной мост замка Планси, выехали на дорогу.

– — Друг мой, – - хрипло сказал плохо выспавшийся Александр, – - ты едешь один, без оруженосца, взял бы с собой какого-нибудь мальчишку, нельзя ж совсем вот так без спутника…

– — Нет. – - Сказал Этьен, – - мне не нужен никто.

– — Кто тогда узнает о твоих подвигах, – - без выражения сказал Александр, – - один, без свидетелей… и герб зачем-то закрыл…

Этьен приказал обтянуть свой щит чёрным бархатом, спрятав за ним пурпурную розу на бледно-жёлтом поле – - герб рода Планси, а характерный жёлтый с красной полосой плащ заменил на траурно-чёрный, попона на коне также переменила свой привычный яркий цвет на цвет безлунной южной ночи.

Когда всадники отдалились на достаточно далёкое расстояние от замка, и он уже почти скрылся за краем леса, Александр, на ходу развернув коня, посмотрел назад.

– — Этьен, – - крикнул он, – - хоть оглянись на прощание.

Этьен в ответ, не оборачиваясь, лишь ускорил бег коня.

– — Друг мой, что с тобой, – - нагнав его, сказал Александр, – - это же твой родной дом, куда ты вроде бы не собираешься возвращаться, и ты должен увидеть его в последний раз, прежде чем он спрячется из виду.