Мост

Еще тогда, во время первого награждения медалью, он поинтересовался у Акима области, почему такое странное название у награды. На что Аким ответил: «Ты где барашка спасал? На речке? Речка, можно сказать водная артерия вашего аула! Поэтому и медаль с таким названием!»

– Тогда что получается? Акима я тоже из речки вытащил, потому и медаль такая же, как и за баранов? – произнес уже в слух тракторист.

Солнце спряталось за горами. Наступали сумерки. Олжас подошел к дому. На крыльце сидела его жена Раушан. Он сел рядом с ней, приобняв ее за плечи.

И они долго в вечерней тишине смотрели, как светятся снежные шапки на вершинах гор в лучах заходящего солнца, как быстро темнеет небо и на нем одна за другой появляются звезды.

– А помнишь, как мы с тобой познакомились? – спросил он у Раушан.

– Конечно, помню! – ответила она и негромко рассмеялась. – Я тогда в ЖенПИ училась и нас с подругой ребята пригласили на вечер в Сельскохозяйственный институт. Было весело, пока пара подвыпивших парней ко мне не пристали.

– Помню! Помню! Я тогда к ним подошел и вежливо попросил, чтобы они отвалили!

– Помню! Помню! Я потом к тебе в больницу приходила, куриный бульон, кефир да творожки ванильные приносила. У тебя трещина в челюсти была и пара сломанных ребер!

– Ты еще про ногу в гипсе забыла!

– Точно, забыла!

– Жуткое зрелище! Это я тебе как фельдшер говорю.

– Ну, скажем так, фельдшером ты не сразу стала!

– Не сразу! До ЖенПИ я год отучилась в медицинском училище, а уж потом поступила в педагогический.

Фельдшером я уже здесь стала, в ауле.

– А вот! – почти одновременно произнесли Олжас и Раушан.

– Давай, говори, ты первая! – предложил Олжас.

– Нет, давай ты! – возразила Раушан.

– Какая серая жизнь была бы у меня, если бы я тебя не повстречал! Говори ты, дорогая!

– Я про нашу свадьбу вспомнила! Как мы ее отмечали в студенческой столовой. Сколько народа тогда собралось! Друзья-однокурсники, да и вообще, мне кажется, вся наша общага вместе с нами праздновала! Помнишь?

– Еще бы! Такое не забывается! Было так грустно, когда пришел комендант общежития и предупредил, что через полчаса двери закроет! Танцы закончились.

Все, кто остался, сидели за столом, и пили чай из большой бездонной кастрюли, в которой этот чудесный напиток все никак не заканчивался. Это Гуля тате все кипяточку в нее подливала. Торт хоть и был большой, но его на всех не хватило. Тогда хорошо пирожки с повидлом пошли. Конечно, не торт, но тоже сладкие.