Сумерки Богов

Когда тот вынырнул на поверхность, его рот был распахнут в беззвучном крике, а глаза готовы были лопнуть от дикой боли.

– Все. С этим дерьмом пора кончать. Он нас всех вымарал – брезгливо поморщился Харус, рассматривая свою мокрую одежду. Увидев, что юноша по-прежнему стоит не двигаясь, он воскликнул:

– Хватит таращиться! Иди, прикончи недоноска!

Видя, что тот колеблется, он это воспринял по – своему.

– Да, не переживай. Свою награду ты получишь – ухмыльнулся убийца – ублюдок показал, где прячет наши деньги.

Северянин не шелохнулся.

– Я в мясники не нанимался – сказал он ровным голосом – С ним может справиться и коротышка.

Глиз грязно выругался. Харус замер. Его смуглое лицо приобрело землистый цвет. Острый кадык хищно дернулся, как у стервятника, нацелившегося на жертву.

Рука убийцы легла на полированную рукоятку охотничьего ножа, висевшего сбоку на ремне. Он даже сделал шаг к наглецу, посмевшему оспорить его приказ.

– Ну, хорошо, чистюля. Иди и приведи сюда его жену и ребенка. Пусть Мидис простится с близкими.

– Ты обещал, что не тронешь.. – начал было юноша.

– Я сказал, приведи! – едва сдерживая клокотавшую в нем ярость главарь – Или мне послать Глиза за ними?!

Северянин помрачнел и, резко развернувшись, вышел из подвала.

Когда убийцы остались одни, Харус повернулся к Глизу и прошептал дрожащим от бешенства голосом:

– Ну, каков, щенок – а? Иди за ним и если что не так, то зачисти сам.

Щуплый убийца понимающе улыбнулся и выскользнул вслед за новичком.

Юноша вновь поднялся в приемный зал. Он прислушался. В доме стояла напряженная тишина. Взгляд его упал на лестницу, поднимавшуюся на второй этаж. На широких ступенях, покрытых зеленым ковром, его внимание привлекла одна вещь. Он поднял вырезанную из дерева, фигурку лошади. Где– то вверху, еле слышно скрипнула половица.

Северянин бесшумно поднялся на второй этаж. Он попал в просторный холл, в конце которого находилось несколько дубовых дверей. Юноша заметил темные капли крови, цепочкой тянувшиеся через весь холл. Он прошел к дверям, где след обрывался. Бронзовая ручка была липкой от крови. Северянин осторожно приоткрыл дверь и, шагнув в комнату, едва успел избежать смерти. На него кинулся окровавленный человек, вероятно один из преданных рабов Мидиса.