Сумерки Богов

Но другого выход нет – просипела женщина и поморщилась от острой боли – Делай все, как я тебе скажу.

Женщина стала говорить. Ее голос, вначале едва слышный, обретал силу и мощь вместе с пламенем, уже хватившим стены. Мора слышала страшные, непонятные слова. От них, у девочки вставали волосы дыбом, но она послушно повторяла их вслед за матерью. А после, появились сущности. Ужасные демоны завывали и плясали в стене огненного вихря, с гулом и треском подбиравшегося к ним. Наконец мать произнесла последние слова:

– Даруй ей сил, Повелитель огня, могучий Рагнарос! Прими ее и она будет для тебя преданной помощницей.

Она восславит тебя – женщина прикоснулась горячей ладонью ко лбу дочери.

Ослепительная вспышка озарила сознание Моры. Девочку потянули за руки демоны и огненные языки пламени расступились перед ней. Она легко просочилась сквозь пылающие стены избы. Уже стоя снаружи, объятого пламенем дома, девочка безмолвно смотрела на гигантский столб огня, взметнувшийся к небу. Пепел, крупными хлопьями падал на ее вмиг поседевшие волосы.

Мора, не отрываясь, смотрела на огонь, в котором сгорала ее мать и клялась всеми демонами преисподней, что отомстит проклятому императору. Прошли десятилетия, но пламя того костра, по – прежнему сжигает ее мрачную душу. И угаснет только со смертью главного виновника ее бед – ненавистного Рогона.

Мора вспомнила недавние события и что– то злобно прошипела.

Враждебные боги посмеялись над ней и не дали свершиться справедливой мести. Невесть откуда взявшийся юноша спутал все ее планы во время вызывания демона мщения.

Хару должен был овладеть женой императора. Его отравленное семя было предназначено для Рогона.

Старый похотливый старик рано или поздно полез – бы на возвращенную к нему красавицу Герию и тогда, вместо наслаждения его ожидали ужасные страдания. Его плоть, начиная с проклятого члена, стала – бы медленно разлагаться. Вскоре он должен был превратиться в живой труп, изъеденный червями. Не спас – бы императора даже всесильный Кеафа.

И такой прекрасный план разрушил один единственный человек.

– Я доберусь и до тебя, сопляк – прошептала ведьма и внезапно смолкла.

Она увидела, как оранжевые языки костра замерли на мгновение и униженно пригнулись к земле. Холодное, мертвенное дуновение ветра коснулось ее, заставив зябко передернуть плечами.

Гиена проснулась и испуганно заскулив, поползла в угол. Мора нахмурилась и, откинув в сторону сухую ветку, мрачно посмотрела на темный провал, ведущий в ее логово.