Дачная амнистия. Рассказы

Прошелся с тяпкой несколько метров и снова упал.

Пришел в себя и стал работать.

Потом упал.

И так – с неумолимой периодичностью.

Соседи, которые возводили забор, бросили свое занятие и стали наблюдать за циклическим процессом.

– Странный метод агротехники, – сказал один из них. – Но что-то в этом есть.

– Слышь, сосед! – Прокричала супруга. – А ты не пробовал, когда уже внизу, одновременно и пропалывать?

Михалыч запустил в них тяпкой, и радостные лица скрылись за недостроенным забором.

День сегодня явно не заладился.

Тогда он решил заняться баней. Тем более, накануне поставил электрическую печь и все ждал удобного случая, чтобы опробовать.

Печь, повторяю, была электрическая. Кто в теме, сразу поймет несравненные преимущества. Для нее не нужны дрова и сопровождающие их вечные проблемы с пилкой, колкой, сажей и грязью. Все чисто и просто. Включил, нагрел – и мойся, сколько хочешь. Так, во всяком случае, утверждал поставщик.

И так писалось в инструкции. Сначала на казахском, потом на узбекском и потом на русском языке мелким шрифтом. Со множеством грамматических о орфографических ошибок. Были, конечно, сомнения, выдержат ли пакетники, но общительный и словоохотливый продавец заверил, что можно подключать хоть атомную электростанцию: выдержит любая проводка!

Не выдержала. Причем, в самый неподходящий момент.

А именно когда Михалыч начал поддавать пару и уже стал хлестать себя веником.

Где-то сухо щелкнуло и в бане погасло освещение. Печка, испустив протяжный писк, начала остывать со скоростью наступающего ледникового периода.

Михалыч чертыхнулся и выглянул в оконце.

До столба, где находился счетчик с предохранителями, было недалеко: метров пятьдесят. И проблем не было их снова включить.

Но это для одетого человека. А когда уже начал париться, не одеваться же снова?

Немного пособиравшись с мыслями, Михалыч взял простыню, закутался в нее, как римский патриций, и, крадучись, вышел из помещения.

Осторожно перепрыгивая между кустами смородины, он уже почти подбежал к столбу, как сзади услышал шум работающего перфоратора.

Проклятые соседи после обеда снова принялись за работу.

С ловкостью вьетнамского партизана Михалыч бросился в кусты и притаился.

Надо подождать, когда перейдут на другую сторону, решил он.

Но соседи продолжали топтаться на одном месте.