Земляки по разуму. Книга вторая

– Она, наверное, пишет тебе чаще, чем мне? Как уехала к мужу, так от неё чаще, чем раз в неделю весточки не дождёшься! Я ведь почти каждый день ей пишу – половина пенсии на одни конверты уходит! Вот и сегодня напишу о нашей встрече… Ты не знаешь, что там за шум?

С первой секунды встречи Мария с нетерпением мечтала сказать слова прощания, но, наткнувшись на мученический взгляд собачьих глаз, неожиданно для себя переменила решение. Даже ей как человеку далёкому от ветеринарии, было понятно, что ни Жулька, ни её хозяйка ни черта в происходящем не понимают и сами вряд ли поймут.

Вместо попа, отодвинутого толпой на задний план, около дверей здания нарисовался высокий здоровяк с пожилым крестьянским лицом. В руках у него блеснули никелем ножницы и перерезали розовую ленточку.

– Первый в нашем городе акционерный банк «Дормидонтыч» объявляется открытым! Ура, господа! – пояснил смысл происходящего его голос.

– А-а-а! – весело взревела толпа корреспондентов, отцов, а также сыновей города и прочей шушеры.

– Банк открыли! – завопила Мария на ухо Варваре Моисеевне, стараясь быть услышанной.

– Банку?! – недоверчиво переспросила та, пытаясь придать голосу достаточное количество децибел. – Раскрыли? Или откупорили?! Банку с чем?

Жулька судорожно дёрнулась у неё на руках. Её замечательные уши начали сворачиваться, стремясь превратиться в пробки.

– Не банку, а банк! Чтобы деньги туда сдавать!

– А-а! Неужели им сберкасс мало? У меня по соседству – две штуки.

– Так ведь к рынку идём, бабуля! – сообщила Саньковская последнюю экономическую новость, подслушанную случайно по телевизору. Сомнений у неё та не вызывала, как и остальные слова ведущего передачи «В мире животных».

– Пожалуй, я тоже схожу на базар, – согласилась после паузы Варвара Моисеевна и потрепала собачкины уши, достигшие почти идеального состояния с точки зрения официанта.

Псинка неопределённо хрюкнула, не то горюя о безвременно канувших в Лету зубах, не то требуя сводить её к ветеринару-дантисту.

– Когда же ты порадуешь маму внуками? – с безграничным любопытством спросила Цугундер, когда они протолкались сквозь толпу. В отличие от её любознательности, толпа имела свой предел.