Инкубатор. Книга II

Многие тогда ему позавидовали, но он лишь мысленно послал всех к чёрту и порадовался удаче, пожелав себе от жизни побольше сюрпризов. Вспомнив о желании, хмыкнул и набрал цифры, изображённые на визитке, сделанной в каком-то дореволюционном стиле, где, казалось, только буквы «ять» не хватало.

Баритон Петра Константиновича отозвался после третьего гудка:

– Слушаю-с, Андрей Александрович!

– Э-э, вы и телефон мой знаете?.. – растерянно пробормотал Охоцкий.

– А как же-с! Дело в том, что прежде чем обратиться к предполагаемому клиенту, я всегда навожу о нём самые подробные справки.

– Клиенту?! – слова собеседника сбивали с толку. Андрей начал понимать, что играет в разговоре роль весьма второстепенную, поэтому решил попытаться взять быка за рога. – О какой информации вы говорили?

– Моё предложение уже должно было прийти к вам на электронную почту. Я так понимаю, вы с ним ещё не ознакомились. Отнеситесь к нему со всей серьёзностью. Предлагаю перезвонить мне, скажем, через двадцать минут.

Пётр Константинович отключился, оставив Охоцкого в полнейшем недоумении. Обычно те, с кем имел дело, так себя не вели. Впрочем, как он уже отметил, недавний знакомый весьма от них отличался.

Андрей подключился к интернету, открыл почтовый ящик. Письмо под темой «Пётр К» пришло всего две минуты назад, то есть как раз в тот момент, когда он ещё только набирал номер.

«Ну не мог же он знать, что я собираюсь звонить именно ему?! Или мог? – Охоцкий снова огляделся по сторонам.

В письме речь шла о таком, что не переговори он с Петром Константиновичем, то оно мгновенно отправилось бы в спам. Причиной послужило бы то, что Андрея Александровича Охоцкого извещали, будто стал участником беспроигрышной лотереи. И мало того, что оказался, так ему ещё и достался главный выигрыш.

Прочитав, что именно представляет собой этот приз, Андрей помотал головой и перечитал.

– Бред… – пробормотал Охоцкий и закурил.

Когда-то в детстве Андрейка верил, что стоит только взять календарь и можно будет вспомнить каждый оцифрованный там и прожитый в реальности день. Нужно было всего-навсего потихоньку отталкиваться от какой-нибудь хоть чем-то знаменательной даты.