Инкубатор. Книга II

– Здравствуй, – ответила Анна, улыбаясь краешками губ. – Ты приехал без… нашего знакомого?

«Конечно, без! – фыркнул он мысленно. – Неужели не видно?»

Тень подозрения, что ему может быть всё ещё дорога отупевшая за время разлуки жена, окончательно исчезла. На него снизошло спокойствие.

– Так получилось, – криво улыбнулся Шевцов. – Он извиняется, приглашает к себе. Старость, говорит, то да сё… Ты уверена, что тогда был он?

– Конечно! Постарел, но его глаза… Да я же тебе сразу написала! А сам что говорит?

Он готовился к вопросу.

Ответ на него, как и на другие, которые возникнут уже не у Анны, тоже отрепетирован и одобрен. Причём не только им самим.

– Загадочно молчит, – Сергей ухмыльнулся, – но обещает всё рассказать нам двоим. Вечером. Поезд через два часа, в полдвенадцатого. А пока давай прогуляемся, если ты не против?

Анна так доверчиво взяла его под руку, что мужа едва не передёрнуло. «Инстинктивно чует, вот и пытается разжалобить. – Мысль, которая раньше показалась бы идиотской, пришлась в самый раз.

 – Нет, ничего у тебя не выйдет. Вот только дойдём до подходящей скамейки…»

– Почему ты не приехал раньше? – Она заглянула ему в глаза.

«Повода не находил», – едва не буркнул Шевцов, но вслух произнёс:

– Тебе вроде было хорошо и без меня.

– Я скучала, дурачок. – Любимые когда-то глаза знакомо затуманились.

«Чёрт, только слёз не хватало!»

– Почему же молчала?

– Потому что дура. – Анна вздохнула, но не расплакалась.

Всё шло не совсем так, как Сергей ожидал.

Он-то рассчитывал на более-менее прохладную встречу, а жена вела себя, будто они расстались от силы на прошлой неделе. И ведь сам бы ощущал нечто подобное, не будь уверенности, что должен идти до конца.

– Присядем? – Шевцов указал на скамейку среди невысоких густых кустов жасмина.

Анна кивнула. Они присели, но не успела жена заговорить, как Сергей одной рукой прижал её к себе и поцеловал. Поцелуй длился долго, до тех пор, пока свободная рука в кармане пиджака выполняла действия, отточенные многочисленными тренировками.

Когда всё было готово, он воровато бросил взгляд по сторонам: аллейка оставалась по-прежнему безлюдной.

Шевцов оторвался от Анны, которая, распахнув глаза, восторженно ахнула. В тот миг, когда она открыла рот, рука Сергея быстро сунула туда извивающуюся осу и запечатала губы. Чувства окончательно завернулись в непроницаемый кокон. Не было ни любви, ни ненависти – молоток вбил гвоздь.