Пекинский узел

– Это уже слишком, – заметил Игнатьев, начиная понимать озлобленность Су Шуня. – Я ведь тоже не сумел в Пекине подписать Тяньцзиньский договор.

Бурбулон кивнул.

– Си Вань ссылается на то, что уполномоченные, подписавшие договора, были так запуганы французами… что сами не знали, что подписывают.

– Один из них недавно отравился, – сообщил Игнатьев. – Принял яд.

– Ну вот, – развел руками Бурбулон, – если ещё и верховный комиссар Гуй Лян преставится, отдаст Богу душу, мы вообще оказываемся в тупике.

– Придётся снова воевать.

– Придётся, – подтвердил француз и шевельнулся в кресле, усаживаясь поудобнее. – И знаете, о чём ещё Си Вань всё время говорит? – Его взгляд пытливо вонзился в Игнатьева. – Он похваляется тем, что Россия не смогла добиться от Китая территориальных уступок и теперь вы намерены просить «белых варваров», стало быть, нас, посодействовать в этом щекотливом вопросе.

Игнатьев едва сдержался, чтобы не выругаться вслух. Су Шунь его опередил. То, что он держал в тайне, в одночасье становилось известно многим.

Вернувшись во дворец, он сразу же зашел к Уарду. В его манерах была открытость и естественность. «Мне кажется, – думал Игнатьев, пожимая руку гостеприимному американцу, – он способен глубоко чувствовать».

Расположившись в кресле, он рассказал Уарду о нелепых слухах, которые распространяет маньчжурский сановник, и передал ему текст своего обращения к союзническим послам.

– Вы давно знаете лорда Эльджина? – спросил Николай американца, когда тот ознакомился с текстом письма и отложил его в сторону.

– Его не любят, – уклонился от прямого ответа Уард, верно угадав, что интересует Игнатьева. – Всем отвратительно его высокомерие.

– Спесь умной не бывает, – заметил Николай.

– Лорд Эльджин слишком нервен, – откинувшись на спинку дивана, вытянул ноги Уард. – Так и готов вцепиться в глотку всякому, кто не согласен с ним и говорит не так, как ему хочется.

– Диктатор.

– Самодур.

– В его жилах течёт королевская кровь, – усмехнулся Игнатьев.

– Не знаю, – ответил Уард. – Самонадеянность кичлива, и отвратна.

– В таком случае он захлебнется собственной гордыней.

– Всё возможно, – усталым голосом сказал Уард. – Но я не собираюсь прерывать с ним отношения. Моя ситуация не такая плохая, чтобы ссориться по пустякам.