Холод, согрей

– Если скажет солнце, что я – тьма,

И начну творить дела темные,

То я – воистину тьма.

Если скажет солнце, что я – тьма,

Но продолжу творить дела светлые,

Значит, солнце затмили тучи.

Хвост лупит по статуе громче, назойливее, залпы ледяного стекла как настоящие взрывы, демон пытается Халлига заглушить, сбить с толку, возмутить.

– И если в небе – лишь тучи,

Все равно я верен солнцу.

Хафал вскочил, прошел небрежно вокруг ледяной ступни. Повернулся к ней мордой, спиной к Халлигу и остальным, ноги расставлены широко, руки скрываются за скорпионьей тушей, возятся…

На большой палец бога с шипением полилась обильная желтая струя, демон довольно стонет.

– И если вокруг холод и тьма,

Найду тепло и свет,

Где их нет.

Холод, согрей.

Тьма, озари.

Солнце не в небе,

Солнце – во мне.

Из глубины небес на Халлига опустился столп света, в снегопаде границы луча различаются четко, световая колонна издает приятное хоровое пение.

Свет угас, жрец поднялся, к Эгорду идет совсем иной Халлиг, будто родился заново, взгляд устремлен поверх Эгорда, жрец воодушевлен, хоть в улей драконов сейчас кинулся бы без раздумий. Благословение коснулось и Эгорда, воин-маг чувствует себя гораздо лучше.

– Ого! – восхитился Тиморис. – А это было чего?

– Главная молитва Светлого Ордена, – объясняет Леарит. – Между прочим, именно эту молитву послушники читают при посвящении в жрецы, и если боги отвечают, послушник в Орден принят, отныне он – жрец света.

– Здорово! Но мне с моими наклонностями такое не светит. И ладно, хватает того, что время от времени меня лечит такая прекрасная богиня. И не говори, что бывшая! Для нас ты всегда богиня!

– Спасибо, друг мой!

Леарит закончила исцелять, щека Тимориса вновь целая, от удара в глаз не осталось и следа, настроение выше крыши, зубы сияют полными рядами.

Пластины Хафала вновь обрели бурый цвет, ожоги исчезли.

– Когда боги с тобой, чувствуешь себя непобедимым, – признался Халлиг. – Даже смерть не страшит.

– Такова натура божьих детей, – говорит Эгорд. – Детям спокойнее, когда рядом отец, который все видит, знает и понимает.