Хроники Тиа-ра: битва за Огненный остров

Не до конца удовлетворенное тем миром, который оно создало, Созидание попытается его изменить. Мы не можем знать точно, как именно, но мы видим, что это происходит сейчас. Это происходит на наших глазах в эти дни. Все, что мы можем, – понять, что было в нашем мире не так, и избавиться от этого. Иначе Созидание избавится от нас так же, как от Конструкта.

– Что же не так? – с нотками истеричного фальцета выкрикнула та же женщина.

– Задайтесь вопросом: зачем наш мир в руках Созидания, и вы найдете ответ сами.

– Зачем?! Говори уже… К чему это все?!

– Зачем механики создают лучшие свои машины? Зачем харматы плетут лучшие свои полотна? – не унимался Тик-ра, не проявляя, впрочем, ни одной лишней эмоции.

Только глаза его горели где-то под массивными надбровными дугами.

– Самолюбие, – отчеканил он, не дожидаясь ответа. – Они хотят признания. Но у механиков есть те, кто признает их труд. Для Созидания же единственные свидетели творения его – мы сами, результаты творения. И зачем Ему нужен тот мир, который забыл своего создателя и не благодарен ему больше? Скажите, зачем?

Толпа молчала, совершенно подавленная и растерянная.

– Единственный путь к Созиданию – это Храм. Единственный способ снова почувствовать благодарность – это страдание. Не надо пророчеств, чтобы понять: тяжелые испытания ждут нас. Быть может, остров будет против острова, рудокоп против рудокопа, сородич против сородича. Быть может, другие острова упадут в Ничто и исчезнут навсегда? Мы не знаем этого. Мы точно знаем лишь одно – когда Вмешательство закончится, останется один Храм.

Не останется тех, кто далек от Созидания, и не будет того, кто не признает его славы и величия. Демонстрируя силу свою, Созидание оставляет нам выбор и позволяет самим решить: будем ли мы частью Его безупречного творения или останемся историей неудачных опытов.

Тик-ра постоял еще пару секунд, а потом спустился по ступеням и влился в расступившуюся толпу. Как будто его тут и не было.

Почти беззвучный, но ощутимый кожей вздох прокатился среди людей.

Вздох сброшенного оцепенения и плохо скрываемого ужаса. Кто-то что-то зло и неразборчиво выкрикнул.

– Проклятые мистики – сплюнул мужчина рядом. Но тут же на него зашипели с двух сторон. Я был уверен – громче всех шипели те, которые еще вчера посмеивались над искренними мистиками по соседству.

Правильно сказал когда-то Моту-ра: «Истинное мировоззрение легко переживет замену мира. Чтобы разрушить ложное мировоззрение, достаточно и упавшего горшка».