Игры с богами в жмурки

Толстая, но красивая -трудоголик, жена убитого Директора мясокомбината Прохорова, «мясника», спонсора самодеятельного театра. Любовница Антона. Властного характера.

16. АНТОНИЙ – ему 30-40, Принцепс, шут Юпитера.

17 ДЕВАХА – 1,

18 ДЕВАХА -2

19ТОЛПА ДЕВАХ.

20 Глашатай, центурион, гинекологи, палач

ДИРЕКТОР ДК – фонограмма. Он же голоса из зала.

Актеры, надевая маску, играют по 2-3 роли.

ДЕЙСТВИЕ 1 СЦЕНА 1

Занавес легко опускается. Сцена затихает. Занавес пытаются поднять, он со скрипом дергается.

ПИСИСТРАТА – И на нас лежит родовое клеймо безысходностидалекой русской провинции. Жизнь городишки закончилась в одночасье 15 лет назад. Кормившие нас пара почтовых ящиков – «приказали жить долго враз и навсегда».Мы не вняли этой эпитафии на кресте нашему будущему. Мы намерены жить идолго, и счастливо вопреки всем катаклизмам времени.

ЗАХАРИЯ – Работы нет – жизни нет. Жизнь кончилась, осталось только Прошлое,когда получали все поровну, а работали одни недоумки. Продолжаем жить по инерции в полусне ностальгии.

ЛУПЕРЦИЯ – О, Прошлое, о сермяжный миф всех времен и народов, мы живем впроголодь, а вот ты процветаешьв нашей памяти только так. Ностальгия расписывает тебя в такие яркие краски, что хочется закрыть глаза, ни о чем не думать, ничего не переиначивать и только вспоминать, вспоминать. Писистрата – А ведь и это,какое никакое, а счастье.

ПРЕДИКАЛ – И чем дальше – тем фантастичнее становятся наши воспоминания оПрошлом. ЭРАСТА – До того чудесным воспоминанием, что уже всерьез кажется – вот тогда-то мы и были счастливы без Свободы, без стриптиза и прожужжавшего все уши секса.

НИМФЕЛИЯ – А мне все едино – большевики или буржуи. Любим и блудим напропалую во славу щедрой нашей природы, и радость жизни распирает нашу роскошную грудь.

КРИВИЛИЯ – Плачем, целуемся, деремся до смеха.

НОННА–Три четвертидержавы, перебиваясь с хлеба на квас, несет на себе проклятое клеймо отверженности от культурных центров, от блеска звездных тусовок, от ауры полнокровной театральной жизни. Три четверти державы никогда не увидят в Большом театре Лебединое озеро, не научатся отличать мертворожденнуюкоммерческую попсу от вечноживого искусства жизненной правды, но мы продолжаем жить и веселиться на всю катушку. Вы сейчас в этом убедитесь.