Душа – вертеп метаферизма

Философия стравливает во мне строптивость неистового быка и увертливую фею грез души ради развлечения расчетливого разума в минуты свободные от битвы с суевериями культурных потребительских инстинктов.

Человек – призвание потомка обезьян порочить блага природы своих прапращуров.

Знаменитости затоптали газон истории оставили после себя одни руины памятников.

В роднике поэзии графоман поит музу кобылу.

Писателя раздражает истинно народная непосредственность, графомана, которую он ценит только в себе как память о чистом детстве не попорченным еще жаждой популярности.

Правда самовлюбленное отражение в зеркале лопоухой кривды.

Пережитые заблуждения превращаются в алгоритм трусости.

Моральные принципы не универсальны, польза от них сомнительна, – когда радикально меняются условия, в которых ими пользуются, принципы соблюдают только свои частные интересы.

Интерес к бесконечному многообразию мира вне тебя убивает интерес к себе.

Сильный характер? Это от лени размениваться на беспокойные сомнения.

Привычка самообман, алгоритм тунеядства, сон разума, Стихия невежества, Бог суеверия.

Краснеет человек не от стыда, это следы пощечины чужого превосходства.

Слава посмертно воздает почести смерти, но не человеку.

Гранитный памятник содержательнее пустотелого бронзового.

Ужимки – мочалка совести.

ПРИТЧА. Воля моя оплодотворяет мою духовную жизнь как своенравную женщину прилипалу, приспосабливающую мои интеллектуальные ресурсы для благополучия безмозглого метаболизма, согласно законам биологического выживания, игнорирующего интеллект и волю мою.

Лень единственное средство обуздать произвол прогресса.

Лень одна спасает человека от губительного для здоровья торжества прогресса. Приспособиться к ее темпам человек не успевает из-за своей потребительской жажды.

Прогресс не видит человека и не считается с его царственным самомнением, цивилизация видит перед собой только то, что в его шкуре еще осталось от обезьяны и насилует эти реликтовые остатки животного.

Мир провокация войны.

Совесть невеста неразборчивая, она выйдет за любую ложь, приличную ее достоинству.

Совесть – правила поведения на людях, этикет ханжества.

Авто мускулы моего тщеславия.

Честолюбие рыцаря вооружалось мечом и кольчугой, честолюбие цивилизованного потребителя – автомобилем.

Хлеба с маслом и зрелищ блуда.

Скорость – сон дорог.

Автомобиль моторизованная скука одиночества.

Автомобиль коллекционирует нас.