Саботажник

– Почему? – коротко и всеобъемлюще спросил Причер.

– Перерасход, – так же коротко ответил сержант. – Джунгли жмут. Сами понимаете, им наши графики не указ.

– А живая сила, она что, из грязного белья самозарождается?

– Не понял, сэр?

– Я говорю: напалм на Кляксу строго по графику поступает, а солдаты – в любом количестве?

– Не-ет… – сержант даже улыбнулся, так Причер его удивил. – Да вы что, святой отец, да откуда? Еще парочка таких наездов, как сегодня, у нас лазарет треснет. А на стенку придется весь тыл выгонять, даже эм-пи наверное… Пополнение тоже на грузовике придет.

«Нервный я стал, – подумал капеллан. – Все заговоры мерещатся. А тут просто бардак и положение, близкое к критическому. Нормальная армия».

– Того и гляди стену одолеют, а тогда крышка нам, – не унимался сержант. – Одна надежда – по плану эвакуации все уцелевшие отходят к порту и лезут на «Тревогу».

– Ну?

– Если зверье ломанется через стену, бросайте все, хватайте любую машину, хоть полковничью, и катите к порту. На территории мы как в западне. Эту волну не удержишь, когда она идет по ровному месту. Никаких шансов. Кто замешкается на минуту, не выберется. Так что бросайте все и спасайтесь. А я вам местечко на борту забью, гарантированно.

Причер отчетливо скрипнул зубами.

– Сколько наших берет «Тревога»? – спросил капитан преувеличенно ровным тоном. План эвакуации он, естественно, посмотреть не успел. А надо было.

– Порт сначала принимает гражданских со скважины. Они уходят на своих баржах, занимают их целиком. Потом грузимся мы – к русским. Все управление, лазарет, те зенитчики, которые успеют добежать, и процентов двадцать стрелков. Больше просто не выживет.

– Я спрашиваю предельную загрузку.

– Это и есть предельная загрузка. Только она не понадобится. Разуйте глаза, командир. Вы же видели сегодня, как оно прет в скользкую горку. Теперь представьте, как оно скачет по сухому. И прикиньте, что на одного нашего с ружьем будет минимум десяток тварей с зубами и соплями… – сержант очень старался быть убедительным. Знал, что капитана Причера голыми эмоциями не пробьешь. А капеллана Причера он в упор не видел.