Небо и Земля

На самом деле у меня сердце прихватило. Только смотри не проболтайся, а то старика Боровского спишут вниз. Усекла?

– А то. Не переживай. Я – могила.

– А я о другом. Такая аналогия… Вторая марсианская кампания вся прошла под этим знаком – всеобщий глубокий обморок. Ничего не знаю, ничего не вижу, по существу дела ничего доложить не могу, господин следователь, оставьте меня в покое. А тем временем на флоте – чудовищный бардак. Корабли изношены, люди тоже, воевать никто не хочет. Тебе самой-то, что, понравилось, как наш героический десант расчехвостил марсиан? Даже Задница, и тот сказал: зря воюем, мы ведь ничего не можем предложить Марсу, с точки зрения сепаратистов, Земля полный идейный банкрот, и они скорее подохнут, чем сдадутся.

– Не знаю. – Ива опустила голову и посмотрела на свои босые ноги. – Я как-то не задумывалась даже…

– А были люди, которые задумывались. Слыхала про капитана Риза?

– Конечно! Он сейчас на «Горбовски». Отчаянный мужик.

– Этот отчаянный мужик спалил выхлопом то ли два, то ли три собственных десантных бота.

– Быть не может! – Ива так обалдела, что даже забыла про свой облезший педикюр, который ещё за секунду до признания Боровского волновал её больше всего на свете.

– Может, Кенди, ещё как может. Риза, конечно, судили. А теперь он капитан прототипа, который идёт на запланированный подвиг. Шансы, что «Горбовски» вернётся, оценивают в девяносто процентов, но я так полагаю – врут. И все обитаемые планеты шлют капитану Ризу восторженные послания.

– Быть не может… – повторила Ива упавшим голосом.

– Кругом парадоксы, да? А что касается «Декарда»… Ладно, сказавши «а», скажу и «бэ». Впрочем… Извини, Кенди, это, разумеется, не мое дело, но я лучше уточню. У тебя с Вернером – что, любовь?

Ива густо покраснела и отвернулась.

– Понял, – Боровский кивнул. – Вот ты его и спроси. Он как раз за «Декард» получил Сердце. Тебе он, наверное, расскажет, как там всё обернулось. Вообще Вернер удивительный человек. У него фантастический талант попадать в истории. Так что, Кенди, я повторяю – беда уже здесь. Если в твоём экипаже Вернер, жди неприятностей. Ты извини, я, собственно, ничего плохого о нём сказать не хочу. И вообще это не мое дело.