Небо и Земля

А вот то, что мог увидеть Эбрахам Файн на Цербере, беспокоило Рашена весьма. Потому что контрольный маяк сам по себе не замолкает. Даже разлетись Цербер на кусочки, маяк успел бы встревоженно пискнуть. Возможно, одно из ударных крыльев группы F смогло бы при желании расстрелять хитрую железку до того, как та засечёт корабли на подходе. Но пираты так виртуозить не умели. Они ловко прятались среди каменных глыб Пояса, а в открытом космосе воевали шаблонно и в целом посредственно.

И вообще, любой одиночный корабль, построенный в пределах Солнечной, просто не имел вооружения, способного прихлопнуть маяк одним импульсом.

Поэтому адмирал Рашен по пути к Марсу нервничал. И даже известие с Земли о том, что он стал дедом вполне нормальной девчонки, не привело его в приятное расположение духа. Да и сообщение от сына пришло сухое и официальное. Игорь Успенский отца не любил. Не мог простить ему профессию военного астронавта, холодного и расчётливого убийцы, от чьих рук гибли марсиане, которые были, конечно, сепаратисты и не любили Землю, но всё-таки живые люди.

Таких виноватых без вины, как Рашен, на «Тушканчике» хватало. У Фокса на Марсе погиб дядя, после чего от Майкла навсегда отвернулась мать. С Кенди сестра принципиально не разговаривала. Слегка ненормальный брат Линды, насмотревшись по Сети новостей с марсианского фронта, дождался, когда родственница спустится вниз, и едва её не задушил. Технику Ди Ланца, любившему зайти в пиццерию неподалеку от базы Орли, дважды прямо там били морду его импульсивные соплеменники.

Это всё были люди, которые провожали астронавтов на войну как героев. Нормальные люди, вполне хорошие. Просто за то время, что астронавты провели далеко от дома, в сознании тех, кто остался на Земле, произошёл крутой поворот. И экипажи группы F оказались к нему совершенно не готовы. Они делали свою работу, полагая, что действуют от имени всех землян, таких же, как они, рядовых держателей акций.

А вышло на поверку что-то совсем другое.

* * *

Утверждённый адмиралом флота план операции по зачистке поверхности свалился на Рашена так неожиданно, что тот даже выругаться толком не сумел.

Рашен вызвал начальника штаба.