Город счастливых роботов (сборник)

Сунут ему незаметно в карман тоненькую детальку, он и зазвенел. После чего следует ласковый совет написать заявление «по собственному» и придумать для народа уважительную причину. И не дай бог проболтаться – засудят ведь. Поэтому никто не проболтался еще. Мы только по косвенным признакам догадываемся, что человека подставили. А уж вычислить, какая падла исполнила заказ, почти нереально. И ведь она совсем рядом, эта ловкая падла, но поди ее поймай за руку, если она под опекой службы безопасности или вообще подчиняется напрямую кадровику.

Ты ей руку сломаешь, а она тебе голову откусит…

– Во-вторых, какое-то количество раздолбаев и клоунов – нужно. Они стабилизируют коллектив. Но клоуны тоже есть разные. Ты, например, злой клоун и со всякими идеями. А Малахов – добрый и безыдейный. Поэтому Малахов тут будет всегда, а тебя собирались выпереть еще года два назад, когда ты в последний раз отказался пойти учиться…

– И чего не выперли? – тупо спрашиваю.

– Без понятия. И даже не знаю, у кого уточнить.

– А кто… Про меня?.

.

– Тру.

У меня под черепом аж зашевелилось что-то. Мария Трушкина, Мисс Города, обладательница дареного красного цитруса и лучших ног правого берега, а может, и левого. Хотя на левом есть Джейн, так что я бы сам с собой на эту тему подискутировал.

– Она трахается с кем-то из пиндосов, и тот разоткровенничался.

– Нашла с кем! А ты?..

– Ну, у меня с ней тоже… было.

– Как вы так можете, а, ребята?

– Было, – говорит Кен. – Сейчас нет. Но мы в хороших отношениях.

Она ведь замечательная.

– Угу, только с пиндосом спит.

– Слушай, оставь ты этот великорусский шовинизм. Пиндосы разные бывают. И вообще… Два часа назад она прибежала и вывалила на меня кучу имен. Ей, видите ли, надо было понять, что тут правда, что неправда и возможна ли «программа лояльности» в принципе.

– Не узнаю Тру, чего это с ней? Она же болтушка знаменитая. Что слыхала Тру – услышит весь город немедленно.

– Ты забыл, у нее с нашей пиар-службой война нервов? Может, задумала их слегка припугнуть.

Может, ей красный цитрус надоел и она в следующем году белый хочет… Не знаю, да мне и наплевать. Меня чуть не стошнило, и она это видела. А потом я прямо у нее на глазах связался с отцом и начал его трясти. И в общем и целом… он подтвердил. Он даже сказал, чтобы я попусту не волновался, представляешь?!

– Ну и не волнуйся…

– Мишка, но это ведь кошмар какой-то.

– Хорошо, – говорю, – теперь объясни мне, тугодуму, чем это все так ужасно.