Чужая Земля

– Это кто здесь такой умный? – не оглядываясь, елейным тоном поинтересовался Мальцев.

Ответом ему было гробовое молчание. Слышно было, как хрустит, остывая, челнок и негромко урчат, приближаясь, бэтээры.

– Отсутствие наказания влечет за собой рецидив! – отчеканил Мальцев. – А своевременно наложенное взыскание – оно не только исключит повторное нарушение, но и послужит общему вразумлению безответственного субъекта! Ибо сказано: «Глупость привязалась к сердцу юноши, но исправительная розга удалит ее от него!»

– Ух, шайта-ан… – восхищенно протянул кто-то, чуть ли не сам полковник.

– Вот батюшка подтвердит! – не унимался Мальцев. – Верно я рассуждаю, батюшка?

– Воистину! – не своим голосом доложил отец Варфоломей поверх моего плеча – я едва не оглох на левое ухо.

– Это они о чем вообще? – заволновались сзади.

– Да про крем для загара. Или от загара, кто его разберет. Лично я намазался. А ты?

– Естественно!

Я с трудом сдержал ухмылку. Начальник штаба совсем не любит наказывать подчиненных.

Поэтому он их запугивает. Получается, надо сказать, неплохо. Мало желающих испробовать на себе «исправительную розгу». Военные стремятся попасть на «Зэ-два» ради щедрых «внеземельных» и двойной выслуги лет. Будешь плохо себя вести – накроется твоя следующая вахта, и все дела.

– Внимание! – скомандовал Газин.

Машины подъехали, из кондиционированного брюха головного бэтээра выбрался подполковник Брилёв, свежий и прохладный даже с виду, в камуфляже, но все-таки при фуражке. Унгелен спрыгнул с брони и встал, улыбаясь, рядом.

Мама дорогая, да он за эти полгода, что мы не виделись, успел вымахать почти вровень с подполковником.

– Равняйсь! Смирно!

Газин выпятил орденоносную грудь, Брилёв отчеканил положенные три шага, вскинул руку к виску, рявкнул «Товарищ полковник!» и забубнил, что у них там положено. Унгелен издали кивнул мне и теперь переглядывался с кем-то во втором ряду. Зачем он здесь? Или что-то случилось, или надо передать личное сообщение от великого вождя.

Ничего страшного, иначе я бы еще на орбите все знал. Мне сообщил бы диппредставитель Костя Калугин, которого я меняю. Если он не звонит и сидит на базе спокойно – пустяки.

– Вольно!

Брилёв начал пожимать руки управлению. Еще несколько минут – и поедем… Унгелен стоит на месте, не лезет в наш протокол, старается выглядеть серьезно, хотя его так и распирает от веселья. Он искренне рад нас видеть. У него хватает приятелей в отряде Брилёва, но наша вахта – любимая.