Мортус

Как грациозно она выставила стройную ножку – изящная загорелая лодыжка в изящной же остроконечной светлой туфельке… На вид восемнадцатилетняя девчонка, недавно закончившая школу, а не дипломированная модельер, подобравшаяся к третьему десятку. Всего шесть лет отдаляет от этого дня, а кажется, что пол жизни…

А это фото из незабываемой поездки во Львов через три месяца после женитьбы. Блаженно счастливые две недели… Город встретил как родного. Неожиданно по летнему ласковые солнечные дни и уже по осеннему приятно прохладные ночи.

Украшенные багрянцем и золотом деревья тенистых террас Стрийского парка. Вот Пташку осветил рассеянный лучик клонящегося к закату солнца, пробившийся сквозь густую крону огненно красного канадского дуба, и вся она в миг засветилась и чудесным образом преобразилась. Как будто свет далекой звезды волшебным золотым ключиком открыл дверцу ее внутренней ярко сияющей сущности. Сияющая… По другому здесь Наташку и не назовешь…

А это она, вытянув трубочкой губки, как птичка (недаром же Пташка!) мелкими глоточками смакует из маленькой чашечки крепко заваренную кофейную смесь номер 3 за столиком на двоих на втором ярусе уютного кафе «Галка», расположенного рядом со львовской филармонией.

А тут она уже в обнимку с каменным львом у входа в Пороховую башню, а здесь в фонтане на площади Рынок возле Ратуши эротично прижимается к обнаженному бедру скульптуры бога морей Нептуна с его неизменным трезубцем.

А это ее прелестный профиль, гордо реющий с верхотуры Высокого замка над увенчанными крестами куполами церквей и соборов, и разноцветными двускатными крышами почтенного возраста зданий в центральной части города Льва.

А вот она, скинув туфли, босиком бесстрашно карабкается по перекосившимся, потрескавшимся и вросшим в крутой травянистый склон неровным деревянным ступеням на Лысую гору, где по преданию частенько проводили шабаши ведьмы, колдуны и черти…

Лех крепко зажмурился: «Как мы потом там, усевшись на нагретый солнцем рыхлый выветренный песчаник под воздвигнутым на вершине здоровенным крестом, чертовски самозабвенно и страстно целовались! Как будто и не было перед этим бурно проведенной ночи в просторном номере центровой гостиницы «Жорж»… Ведь были же, были мы тогда вместе по настоящему счастливы!»

Он открыл глаза и перелистнул разом несколько альбомных страниц: «А это уже картинки из другой, совсем другой жизни…»

Четыре с половиной года спустя, начало мая, Прага.

Неуютные весенние прохладно-дождливые дни.