Герой

Следующие минут двадцать король толкал речь, поздравляя жителей Марда с окончанием войны. Смысл речи сводился к словам «Наше дело правое, мы победили!», но король умудрялся долго растекаться мыслью по древу, в то время как я стоял и изображал безмолвную мебель на заднем плане. Наконец Фариам завершил речь, пригласив всех на торжественный прием, который должен состояться сегодня вечером. Я ехидно подумал, что если бы Фар еще полчасика помолол языком, то ему осталось бы только объявить о начале этого самого приема, и не сразу понял, что король перешел к представлению меня.

– …великолепный маг, оказавший неоценимую помощь в решающей битве, превосходный разведчик, побывавший в самом сердце вражеского лагеря, умелый дипломат, наладивший взаимопонимание с дикими горцами, командир элитного подразделения Мардинана, мой брат Алекс!

Пропустив начало фразы, я не придумал ничего умнее, чем легонько поклониться. Ни аплодисментов, ни другой реакции не последовало, и я уж было хотел осведомиться у Фариама, должно ли так быть или это я облажался по незнанию, но он опередил мой вопрос и быстро закруглился, напомнив всем, что до приема осталось не так много времени.

После король развернулся и пошел обратно через пеструю толпу, а я пристроился следом, но лишь только выйдя из зала, поинтересовался:

– Слушай, может, я сделал что-то не то? Или у вас после того, как представляют человека, по традиции положена мертвая тишина?

– А, не принимай близко к сердцу, – отмахнулся брат.

 – Просто для всех них новость оказалась слишком ошеломляющей. Я ведь еще никому не сообщал, что неожиданно приобрел кучу родственников… И тебя в том числе.

– Подумаешь, большое дело! – фыркнул я. – Как будто их это сильно задевает!

Ведя меня по коридорам, король пояснил:

– Для них – это действительно большое дело. Внезапно появилась новая фигура на политической арене, с неизвестными намерениями, пристрастиями, убеждениями.

Теперь им будет нужно полностью переоценивать всю сложившуюся расстановку сил, заново возводить мосты с учетом нового действующего лица, наводить о тебе справки, пытаться прощупать…

– Мать твою! А ты раньше сказать не мог?! – перебил я Фариама.

– А ты бы тогда в Марде вообще не появился! – ехидно ответил брат.

– Тьфу! – плюнул я на ворсистый ковер под ногами.

– Ну извини, Алекс, – улыбнулся Фариам.