Следуя течению реки

Их разделяло всего несколько сантиметров дерева, но годы жизни порознь ощутимо давили на обоих. Наконец раздался щелчок замка, и Шо аккуратно отворил дверь. Перед собой он увидел недовольное лицо старика. Морщины, обвисшая кожа, редеющие седые волосы и жиденькая бородка – всё в нём выдавало мужчину почтенного возраста, много злившегося и недовольного своей жизнью. Он был одет в старый свитер и широкие клетчатые штаны, а руки держал за спиной. Бенджиро злобно посмотрел на сына исподлобья:

– Чего приехал?

Конечно, никаких объятий и радостного привета Шо и не ожидал, но всё равно было неприятно вот так вот здороваться спустя столько лет.

– Здравствуйте, отец, – Шо поклонился, старик на это ничего не ответил, – Мне нужна ваша помощь.

– Решил обратиться к своему отцу за помощью? Думаешь, я стану тебе помогать? Я что, похож на мецената, спонсирующего якудза?

– Мне нужно оставить у вас Казуки.

– Хах, уже не можешь справиться со своим ребёнком? Или Манами наконец от тебя ушла, придурка такого, – от последней фразы дед явно пришёл в восторг.

– Манами умерла…

Бенджиро сделал неуверенный шаг назад и прикоснулся рукой к груди, у него перехватило дыхание, и, медленно развернувшись, он поплёлся обратно в дом. Бросив взгляд на машину, Шо решил оставить пока сына в ней и пошёл за отцом. Хокори-старший стоял, прислонившись к стене, и тяжело дышал, периодически ему не хватало воздуха, тогда он делал глубокий вдох.

– Ккак это произошло? Что случилось?

– На наш дом напали, и её убили, – Шо помедлил, – Застрелили из пистолета почти в упор.

Старик закрыл глаза, и из-под его века потекла слеза.

– Ты убил этого ублюдка?

– Нет, только руку успел отрубить.

– Ты даже не смог отомстить за смерть своей жены! Никчёмный слабак! – Бенджиро наконец повернулся лицом к сыну. – Какого чёрта ты позволил такому случиться?! Это всё твоя вина! Твоя! Это ведь наверняка были якудза или какие-то ещё бандиты! Ты преступник, и это твоя расплата! Ради этого ты бросил меня много лет назад?!

– Отец… – Шо попытался подойти поближе, но Бенджиро отмахнулся рукой.

– После смерти твоей матери, я чувствовал себя крайне погано, это если ещё не говорить о твоём уходе на тёмную сторону… – он уже говорил более спокойно, а с каждым словом чувствовалась всё большая горечь. – Но потом ты женился, и родился Казуки. Это вселило в меня хоть немного веры, когда я видел твою красивую жену и новорождённого внука.