Женщины-кошки

Сменяя руки, он пыхтел, как перевозбуждённый зэк, много лет не видевший женщины…

Эдик уже почти дошёл до самого интересного момента, когда звонок по мобильному телефону оторвал его от сладостных грёз, в которых Нахлобучкин – старший забирал Еву в полицию, а в камере её, связанную, насиловал он, Нахлобучкин – младший.

– Эдуард? – произнесла трубка женским голосом.

– Да? – осторожно ответил он.

– Это Лёля Юрьевна Сержантова.

– А-а! Здрасьте, Лёля Юрьевна! – изобразил Эдик радость в голосе, потому что твёрдо знал, что начальству нужно льстить и угождать.

– У тебя «Мерседес» на ходу? – озадачила вопросом начальница.

– На ходу, Лёля Юрьевна.

– Приезжай на работу. Разговор есть. Жду через час. – Сержантова отключила свой телефон.

«Сука! Но голос ласковый», – подумал Эдик.

Предчувствия его не обманули. Столичная начальница встретила приветливо и, сидя за столиком с чашечкой кофе, предложила разделить с ней компанию.

– Как ты смотришь на то, чтобы возглавить это заведение? – неожиданно спросила она.

– Я?.. – чуть было не поперхнулся кофе Эдик.

– Да. Ты.

– Почему я?

– Потому, что у тебя представительный вид, ты из хорошей семьи, отец занимает высокую должность в полиции. В институте учишься. Машина у тебя престижная.

– А как же директор?

Эдик был польщён. Но боялся.

– Кто? Жирков? – рыжая Лёля, не сумев побороть эмоции, скривилась в болезненной усмешке. – Мы его переводим. Так ты согласен?

– Согласен! – поспешил заверить Эдик – Мокрый Гусь, опасаясь, что столичная начальница передумает.

– Пиши заявление! – приказала она.

Потом начальница заставила Эдуарда везти её в ресторан. Там она пила без меры водку, смачно шутила, щипала Эдика за все места, обзывая «жиртрестом», и часто выходила на улицу курить.

Эдуард сидел на стуле как пригвождённый инквизицией еретик, потому что не знал, как себя вести в такой ситуации? Шутки и выходки пьяной женщины пугали, а пить он не мог, так как был за рулём, но и не потакать капризам тридцатипятилетней начальницы тоже не мог – очень хотелось стать директором.

После перекура возвратилась пьяная Лёля. И вновь принялась за Эдуарда:

– У моей бабушки был кот по кличке Эдвард. Правда, сдох позже бабушки – а тварь была вредная. Это я про кота. Так вот, кот похож был на тебя – такой же толстый. И я буду называть тебя Эдвардом.