Любовь. И более…

– Красивая…

– Я пойду? – Он видел, что теперь ей совсем не хочется уходить, но понимал, что она это сделает обязательно. И тем быстрее, чем больше он будет уговаривать остаться. Удивительно, но он уже чувствовал её.

– Вот моя визитка, – он протянул ей на ветру маленький бумажный прямоугольник прямо в руки. – Позвони… Завтра…

Она взяла, взглянув на имя и фамилию, положила визитку в карман куртки.

– Давай завтра поужинаем вместе? – предложил он.

– Где? – Высокая, даже на каблуках она была чуть ниже его ростом.

– Выбери ты. – Он ждал её взгляда.

– Позвони мне. После обеда. Часа в четыре. – Она достала из сумочки изящную дамскую визитницу, лишь мельком взглянув на Алексея.

Он принял белый кусочек плотной бумаги с запахом её духов и продолжал держать его в пальцах, пока девичий силуэт не скрылся в сумраке двора.

На следующий день, сдавшись в неравной борьбе со своими желаниями, он позвонил ей, не дождавшись условленного времени.

Телефонная трубка в руке долго пела длинными сигналами. «Наверное, очень занята!» – подумал он. Но и после обеда настойчивые длинные звонки оставались без внимания адресата.

Вечером трубка уже надрывно кричала в эфир безответными призывами…

Весь следующий день, испытывая тревогу и волнение, Алексей пытался несколько раз дозвониться по указанному в визитке номеру. В трубке звучали всё те же монотонные гудки. Для него это была пугающая музыка – музыка неизвестности, музыка страха.

В обеденный перерыв он несколько раз спускался в кафе в надежде увидеть так необходимое ему лицо. Но напрасно. Он снова звонил. И снова – та же музыка неизвестности.

Под конец дня Алексей извёл себя переживаниями. Как он жалел, что не поинтересовался тем вечером номером её квартиры! И он решил, что надо ехать к ней. Ведь что-то случилось! Иначе, Ольга ответила бы.

Весь вечер он дежурил в машине возле её дома, именно в том месте, где они расстались позавчера.

Когда стемнело, и в окнах домов стал зажигаться свет, Алексей бродил по чужому двору с телефонной трубкой в руке. Раз за разом он набирал и набирал один и тот же номер, стараясь разглядеть в каком-нибудь из нескольких сотен светящихся окон знакомый силуэт, но ответом ему была лишь неизвестность и всё та же пугающая песня безответных длинных гудков.