Любовь. И более…

Девушка подалась вперёд, поставила локти на стол и положила подбородок на сложенные лодочкой ладони:

– А почему у вас нет собаки? – Она смотрела на него внимательным серым взглядом.

Снова качнулась земля.

– Всё хотел завести, – будто оправдываясь, отвёл глаза Алексей. – Но, знаете, командировки… На кого оставлять?

– А родители?

– Родители живут в своей квартире и собак не держали никогда. Им моя идея не нравится.

– А почему у вас нет жены? – Задавая вопросы одинаково ровным тоном, она не отводила глаз.

– Наверное, тебя искал… – Он хотел сказать что-то другое, но из всего хаоса мыслей и слов само собой вырвалось только это. Он не считал себя трусом, но сейчас поразился своей смелости и понял, что отступать некуда.

Девушка мигнула длинными ресницами.

– Я пересяду… к тебе за столик? – предложил он.

– Мы уже на «ты»? – Она опустила глаза, делая вид, что ищет что-то в сумочке.

– Так я пересяду?

Она кивнула головой.

Он взял со своего стола только кофе.

Вытащив из сумочки телефон, девушка немного подержала его в руке и положила обратно. Алексей, усевшись напротив, ждал. Наконец, Ольга посмотрела на него.

– А ты чем занимаешься? – поинтересовался Алексей.

– Я дизайнер, – немного сдержанно представилась она, будто стеснялась своей профессии. – Выполняю заказы богатых клиентов.

– А ты работаешь только на компьютере? – заинтересовался Алексей. – Или сама рисуешь?

– Вообще-то я художник, – улыбнулась она одними глазами.

– Слушай, – тихо воскликнул Алексей, – я с детства восхищался теми, кто может рисовать! И даже где-то завидовал. Покажешь мне свои работы?

– Покажу как-нибудь, – пожала плечами Ольга.

– А ты как рисуешь, – продолжал расспросы Алексей, – с натуры или по памяти можешь?

– И с натуры… Но могу и… Знаешь, какая у меня зрительная память?! – оживилась она.

– И какая?

– А давай проверим! Вот посчитай, например, сколько за моей спиной каких-нибудь предметов? Я посмотрю три секунды и опишу их.

– Идёт! Если не сделаешь ни одной ошибки, я исполню любое твоё желание.

Ольга обернулась и смотрела ровно три секунды, в течение которых Алексей отсчитывал вслух: «двадцать один, двадцать два, двадцать три!».

– Спрашивай! – повернулась она к нему лицом. Её глаза продолжали сиять озорным огнём.