Любовь. И более…

Видимо, Алина хорошо это знала и сейчас пользовалась отработанным приёмом. Она была уверена, что Алексей прочно сидит у неё на крючке. Чувствовала спиной его взгляд и понимала, что сейчас он, глядя ей вслед, позволяет себе бессовестно мечтать.

Он действительно мечтал. Проводив женщину глазами до дверей, Алексей жадно припал пересохшими губами к фужеру с холодным шампанским. Он делал большие торопливые глотки, чувствуя, как его жжёт неутолимая жажда.

Алина всё не возвращалась. Её подруги за соседним столиком стали собираться.

Когда за четырьмя женщинами закрылась входная дверь, Алексей направился вслед за ними. Возглас Виктора остановил его у самых дверей:

– Лёха, иди сюда!

– Чего тебе? – лишь взглянул в его сторону Алексей и уже взялся за ручку.

– Стой! Не выходи! – почти выкрикнул Виктор. – Подойди сюда, скажу что-то важное!

Секунду подумав и почти рассердившись на Виктора, Алексей шагнул к стойке бара.

– Говори быстрее! Чего надо? – недовольно проворчал он.

– Не выходи сейчас, – предупредил Виктор.

– Почему? – опешил Алексей.

– Эти бабы поспорили на тебя. Они всегда так развлекаются, когда собираются вместе. Разводят мужика, а потом, когда тот выскакивает следом на улицу, сообщают тому, что он – лох! Выигрывает та, за которой выскочит мужик.

Алексей не верил.

– Что ты меня разводишь? – Теперь он по-настоящему рассердился на товарища. – Да если она там, я её попрошу… я её заставлю остаться со мной!

Алексей повернулся к выходу. Его решимость подогревалась ударившими в голову четырьмя выпитыми фужерами шампанского.

– Это не всё, – спокойный голос Виктора заставил его задержаться. – Посмотри в окно. Эти бабы ездят с телохранителями. Очень настойчивым ухажёрам охранники доходчиво и быстро всё объясняют в физической форме. Я ведь тебя предупреждал, что они замужние и «упакованные».

Алексей, изменив первоначальный план, подошёл к большому высокому – до пола – окну и отдёрнул штору. Всё подтверждалось: на стоянке перед входом в ресторан возле новенького чёрного джипа кучковалась пятёрка знакомых женщин.

– Вот суки!.. – зло бросил Алексей и задвинул штору на место. Вечер, который обещал «быть», оказался испорченным. Настроение тоже.

Пройдя к своему столику и посмотрев на нетронутые бутерброды с икрой и фрукты, Алексей остро почувствовал одиночество. Тяжело вздохнув, он вспомнил, что надо поесть.