MANGA. Метасиндикат

Десмонд знал, что будет именно так (не раз спарринговалcя с Гарри), а также знал, что его противник выдыхается в конце второго раунда, потому нужно постоянно перемещаться, чтобы вымотать его.

Во время спаррингов Десмонд не чувствует боли. Пока все атаки Гарри удавалось отбить и пару раз даже – нанести лоукик по правому бедру противника. Но «отсушить» квадрицепс не получилось. Гарри даже не захромал. Зато после второго лоу разозлился, попер танком, пропустил хук в челюсть и «поплыл». Добить его Десмонд не успел – прозвучал гонг.

Пока он пил воду, Риос что-то бормотал Гарри, тот кивал, а Десмонд просил мироздание, чтобы ему дали добить соперника и эффектно завершить бой. Но у тренера было свое видение ситуации, и он объявил технический нокаут. Десмонд даже не вспотел! Не успел почувствовать азарт боя!

Скрипнув зубами, он изобразил радость, под визг и аплодисменты вышел в центр ринга и поднял руки. Ликование болельщиков ненадолго утолило его эмоциональный голод, а потом пламя угасло и будто бы краски поблекли, девчонки растеряли привлекательность.

Переодеваясь, Десмонд думал, что преимущество у школы «Эсперанто» одно: секция тайского бокса. Чем обусловлен выбор родителей, Десмонд тоже догадывался: они упекли единственного сына в школу, максимально удаленную от дома, на другом конце Ди-Си, чтобы Десмонд попросту не успевал ездить туда-сюда в Гловер Парк, вынужден был жить в общежитии и не путался под ногами.

Правда, за успехи в учебе ему выделили отдельную комнату в общежитии, когда остальные жили по два человека.

В коридоре, пританцовывая, ждал Дэн, глаза его блестели. Девчонки, наверное, уже разошлись, и к лучшему.

– Мы выиграли пятьсот баксов, Дес, прикинь!

Нищих в «Эсперанто», где курс обучения стоил от 80 000 долларов в год, не было. Даже если получать стипендию за отличную учебу, выходило не меньше 40 000, что могли себе позволить не все.

Ребята делали ставки от скуки. Образовали тайный клуб, куда брали только избранных парней 10 – 12 классов.

– Ни в чем себе не отказывай, – криво усмехнулся Десмонд, похлопав приятеля по спине, стиснул его руку. – Да, слушай, ты, хоббит. Еще раз назовешь меня – Дес…

Дэн вскинул руки, побледнел:

– Ой, прости, бро! Не буду.

Десмонд зашагал дальше. Он ощущал острую неудовлетворенность, сосущую пустоту, которую требовалось заполнить эмоциями.