MANGA. Метасиндикат

Что у них произошло, Мария не понимала, ей только-только исполнилось семь лет. Они не ругались, разговаривали вежливо. А потом она с мамой уехала в маленькую квартиру и очень быстро – в Великобританию.

До рождения близнецов мама выглядела как кукла Барби, первая беременность вообще не сказалась на ней. А потом появился марокканец, навешал лапши на уши, что у него акций на двести тысяч евро, он в шоколаде, пойдем со мной, крошка. И мама пошла, забеременела, раздалась чуть ли не вдвое и так и не вернулась в норму, а когда родились близнецы, превратилась в мать-ехидну, заставляющую старшую дочь после школы нянчить малышей.

Благо удалось выпросить у отца полный пансион в школе.

Теперь, изучив психологию, Мария знает, что чаще всего при рождении младшего ребенка старший, если ему больше пяти лет, автоматически переходит в разряд взрослых, и ему выделяется мизерный лимит любви. Но час от часу не легче. Есть факт: ее выбросили за борт, доят, как ту корову.

Ничего, пусть подавится машиной! Стоит заикнуться – и отец перестанет спонсировать мать, а Мария поселится где-нибудь в общежитии при университете, и спокойнее будет.

Да, так она и сделает. Теперь же надо успокоиться и приступить к заданиям.

– Спасибо, дорогая мамочка, за счастливое детство. – Она не заметила, что проговаривает мысли. – И за получасовой отдых спасибо, чтоб тебя!

Итак, сперва то, что поприятнее: генетика. Три признака родителей: цвет волос, цвет глаз, рост. Известно, что ген темного цвета волос, как и глаз, доминирует.

Значит, с вероятностью… Мария взяла ручку, чтобы написать задачку и просчитать вероятности, но мозг уже проанализировал всю информацию и сделал вывод, что у родителей с вероятностью 100% должен был родиться светловолосый и голубоглазый ребенок. Мать рыжая, глаза у нее голубые, отец – ну прямо истинный ариец, голубоглазый блондин, оба признака рецессивные, то есть подавляемые. Мария же – зеленоглазая шатенка. У нее есть доминантный ген, которому у родителей неоткуда взяться.

Бросило в жар. Выходит, отец – не ее? Только этого не хватало.

Она шумно сглотнула и крутнулась в кресле. Неужели он не проверил отцовство? Выходит, не проверил. Не вяжется это с образом карманного диктатора. Скорее знает, но не отказывается от ребенка, которого ему навязали. Теоретически Мария могла бы вернуться в Россию, ходить в мехах, ездить на «Ровере» и жить в отцовском дворце, который сейчас под Новосибирском.