Сторно

Даже отсюда с земли было видно, что бомберам не по себе, а двое и вовсе попытались отбомбиться с горизонтального полёта. Однако бомбы стали рваться всё ближе, и вот уже мощный взрыв накрыл край наших позиций. В невероятном грохоте я не слышал сам себя, но отчаянно орал:

– Сашка!! Гаси гадов!! Сашка!! Давай!!!

Близкий взрыв сбил меня с ног, завалил комьями земли и вдобавок долбанул по спине чем-то тяжёлым, будто бревном приласкал. Дыхание перехватило и в глазах потемнело, но в последний миг я успел заметить, как вздрогнул юнкерс, и от него отлетела часть крыла.

Выбравшись из-под земли, я отряхнул голову, продрал глаза и за околицей увидел клубок огня и дыма от взрыва самолёта. Один готов. Горишь, гад! Я погрозил ему кулаком.

Как всегда, встретив отпор, немцы покрутились, побросали бомбы куда попало, и скрылись за лесом. Откашлявшись, я встал и попытался пальцем выковырнуть звон из ушей. Огляделся. Вокруг и без того растерзанная во время боя земля напрочь лишилась травы и походила на карьерную разработку с дымящимися воронками.

Слух медленно возвращался. На фоне затихающего звона в уши просочились слабые крики раненых и стоны умирающих немцев, доносящиеся со стороны поля.

С нашей стороны тут и там началось шевеление, бойцы вылезали из щелей и воронок, отряхивались и наспех очищали от пыли и грязи оружие. Я огляделся. Та-ак, кажется, на левом фланге что-то произошло. Через пять минут на дорогу вынесли тело бойца. Потом на плащ-накидке принесли другого.

– Прямое попадание, командир, прямее не бывает, – прохрипел, отплёвываясь Сурин, и злобно оскалился, – сотка ему прямо под ноги прилетела, чтоб им гадам ни дна, ни покрышки.

Обидно, но я не стал ругать комвзвода за промедление при отходе. Не время. Тело погибшего было похоже на изломанную куклу. Все конечности оставались на месте, но их сплющило и согнуло. Тоже самое с головой и туловищем. Обычное тело вообще распалось бы на молекулы, пыль и мокрую труху, а здесь мёртвый воин остался в целости.

И оказавшихся вблизи взрыва бойцов лишь оглушило, а не порвало на куски.

– Курянин, общую связь. Здесь командир. Всем осмотреться. Привести оружие в порядок.

– Пилипенко вызывает командира.

– Слушаю, Кузьма Петрович.

– Здесь танкисты пожаловали, ихние майор и особист. В общем, пытаются нас задержать. Грозятся арестом.

– Что-о!! А, ну-ка дай мне кого-нибудь из них!

– Майор Иванюк, командир танкового полка.