Сторно

Сзади со стороны города ещё изредка постреливали, несколько раз хлопнули взрывы гранат, но по всем признакам Ружаны уже были освобождены. Я не знал реального положения, но даже с моей невысокой колокольни был виден весьма неплохой дебют начавшегося контрнаступления.

– Иван, отыщи связиста.

– Курянин к командиру!

– Красноармеец Курянин по ва…

– Вячеслав, пиши шифровку: «Командарму 10. Штаб 17 германского корпуса разгромлен. Взяты в плен два генерала и документы. После ночного боя остатки бронетанковых батальонов противника отходят по направлению Коссово.

Через четыре часа приступаем ко второму этапу операции. Просьба срочно обеспечить боеприпасами. Командир ОРСН». Отправишь шифровку и сразу свяжись с 155 дивизией или с полком Заклевского. И батареи побереги, пока стоим запитывай рацию от аккумуляторов.

Кромку леса осторожно просветил розовый рассвет, когда передо мной возникла долговязая фигура лейтенанта Строгова с запылённой и прокопченной, но счастливой физиономией.

– Здравствуйте, Василий Захарович! Как мы их? – и он обвёл рукой забитое повреждённой техникой шоссе, обочины и два больших скопления в поле.

– Здравия желаю, Валентин Борисович. Хорошая работа, качественная. Молодцы, хорошо повоевали, не то, что мы бездельники.

– Кх-м. Ну, это я от излишней впечатлительности приврал маленько. Но вот те у МТС и справа от дороги точно наши.

– Наши, ваши, какая разница. Главное, Валентин, – я впервые назвал его по имени, и он понял, что стал своим, – то, что мы ещё раз серьёзно ранили танковую группу Гудериана.

А на данный момент, в немецкой группе армий «Центр» она является главной фигурой. И сегодня нам предстоит ещё раз схватиться с этой зверюгой. Примерно часа через четыре мы выступаем в направлении Коссово.

– Василий Захарович, товарищ командир, а как же мы? – он нервно закусил губу.

– Во-первых, вы сожгли почти все снаряды, во-вторых, майор Заклевский был против переподчинения батареи, в-третьих, на чём мы потянем ваши шесть стволов? А в-четвёртых, я жду шифровку от командования.

– Ясно. Снаряды подвезут, обещали. А с дивизией можно договориться, одно дело делаем.

– Как у тебя всё просто, «договориться». Легче на горбу пушку волочь, чем начальство уговаривать. Или сам не знаешь?

– Да, знаю я.

– Ладно, иди, лейтенант, приводи в порядок свои иерихонские трубы. По любому, с нами или без нас, сегодня будешь воевать.

– Товарищ командир, шифровка из штаба армии.

«Командиру ОРСН.