Анты

Я нищ, как церковная мышь, и честен, как пилигрим, а эти самые пузатые господа за океаном в цилиндрах и жилетках на мешках с золотом сидят. И ведь говорили мне, что каждый может обидеть честного пахаря мозговых извилин и пролетария умственного труда. Не верил, а вот и дождался. И-й-эх, жизнь моя жестянка! – и я притворно всхлипнул и горестно вздохнул.

Лара громко улыбнулась и ушла на кухню, а я взял коммуникатор. Звонок в Москву.

– Алле. Это квартира Смирновых? Драку заказывали?

– Алло, кто это? Мы ничего не заказывали, тем более драку.

– Здравствуй, ма, это твой сын непутёвый Павел неудачно пошутил.

– Ой, Павлик, сынок. Здравствуй. Слава богу, позвонил. Наконец-то, а то уж я вся извелась. Как твои дела?

– Всё отлично. Работаю. Дом для нас подобрал. Огромный коттедж, вам понравится. Природа здесь необыкновенная. Приедете сами всё увидите.

– Конечно. Мы уже готовы. Только… тут кое-какие проблемы образовались. Но о них не по телефону.

– Что-то серьёзное?

– Как сказать… Это с какой стороны посмотреть.

– Та-ак… Всё понял. Сегодня к вам подъедут люди и разберутся на месте. А вы продолжайте собираться. Послезавтра жду вас здесь. Всё, конец связи.

От нехорошего предчувствия внутри возник холодный комок. Я с ходу поставил диагноз: в Москве что-то произошло, и мать это скрывает. Значит, имеется прямая и кем-то контролируемая угроза, или угроза угрозой. Я набрал номер профессора:

– Сергей Иванович, вы у себя? Я к вам сейчас подскочу по личному вопросу, мне надо срочно кое-что обсудить.

– А как же кофе? – в дверях кухни стояла Лара с подносом с чашками и лимоном.

– Извини, Лар, – я резко поднялся, – я к профессору Артемьеву.

– Что-то в Москве случилось? – бросила она понимающий взгляд.

– С чего ты взяла?

– Уши у меня и глаза имеются, и голова пока ещё соображает.

– Там что-то не так. Маманя ничего не сказала, но у меня нехорошее предчувствие.

– Тогда поторопись.

Я благодарно кивнул, обжигаясь, проглотил чашечку кофе и вышел вон.

Электром проскочил по террасам, прошелестел по мосту через Каюк и втянулся в дорожный серпантин, поднимающийся к Орлиному Крылу. Дорога пошла вверх и мотор натужно загудел.

Профессор ждал меня в своём офисе.

– Что случилось, Павел?

– В Москве у моих какие-то серьёзные неприятности, – сходу озадачил я его проблемой, – надо по вашим каналам срочно выяснить, что к чему.