Дружина

Спустя час, стоя с Ларой и детьми на смотровой площадке, я наслаждался тёплым ветерком и глядел на чарующий розовый закат, когда, погружаясь в фиолетовую тень у подножия вулканов, солнце окрашивает вершины в ярко-оранжевые цвета на фоне глубокого синего неба. Надо предложить Буслаеву организовать подъёмы на воздушных шарах. А почему нет? Насколько я понял, враги за большой лужей нас уже вычислили, коль прошлый раз хотели устроить здесь извержение. А, поскольку шифроваться уже нет смысла, пусть здешние энтузиасты запускают воздушные шары и стратостаты и летают на парашютах и дельтапланах, а администрация пусть озаботится полноценной иллюминацией, подсветкой и освещением без оглядки на вражий глаз.

Всё это утром в девять я изложил, сидя в офисе Артемьева, потягивая ароматный кофе и глядя, как профессор кивает головой и, между прочим, бегает пальцами по встроенной клавиатуре.

– Всё это замечательно и нужно, но сначала скажи, Павел, что ты нам привёз? – Он поднял взгляд и размял пальцы.

– Много чего, – я недоумённо хмыкнул, – но, главным образом, – команду «Темп».

– Не прикидывайся, я говорю об артефакте.

Я посерьёзнел:

– Насколько я понял, это некий прибор неизвестной неземной цивилизации, попавший в Европу откуда-то с востока вместе с ариями в начале 2 тысячелетия до новой эры. Он неоднократно переходил из рук в руки, пока не оказался у славянских жрецов. Они называют его Солнечным Знаком или Коловратом. Прибор полностью автономен, реагирует на тахионное излучение и от него же питается.

События показали, что в определённых местах могут находиться стационарные источники такого излучения. Попав в такое место, прибор начинает настраиваться и излучать модулированный сигнал, на который реагируют некие неопознанные летающие объекты. Могу предположить, что помимо всего прочего прибор является аварийным маяком. В Антании жрецы провели ритуал с использованием моей крови, то бишь ДНК и настроили его на меня.

– М-м-да. Странная хреновина, однако. Стоп. Что значит с твоей кровью? Как удалось пробить броню? Это же невозможно!

– Подарок Деми.

На время экспедиции мой меч стал аватаром моего друга Фила, воплощённого принципа справедливости. С учётом его безграничных возможностей меч получил много новых свойств, став разумным артефактом. Вот он меня и подрезал.

– Преодолел твою броню?

– Легко и непринуждённо. Это совсем иная физика, профессор. Совсем иная. Нашего смысла в ней нет вообще.

Артемьев беззвучно выматерился сквозь зубы.