Крыса, загнанная в угол

– Доктор, – в голосе Шевчука послышалась тревога, – в папке, что лежит перед вами, находятся все бумаги по ранению президента?

– Да. Здесь все – результаты осмотра, анализы, отчет по операции.

– Кто кроме вас видел эти бумаги? Вернее, не все бумаги, а «Заключение», что вы на только что читали?

– «Заключение» не видел никто – я его только что написал перед вашим приходом! – ответил доцент Жупанов.

Шевчук открыл кожаную сумку, которую он носил на ремешке через плечо, вынул с нее три стандартный бланка. Один из них он передал доктору.

Два других положил перед собой.

– Александр Анисимович! Я сейчас заполню два бланка и передам вам. Первый – об изъятии у вас документов, которые составляют государственную тайну – это папка, что лежит перед вами. Второй бланк – извещение вам, о том, что вы являетесь носителем информации, составляющую государственную тайну. У вас в руках расписка «О неразглашении государственной тайны». Вы сейчас ее заполните и передадите мне. А теперь – разъяснение на словах! – майор Шевчук внимательно посмотрел на Жупанова.

 – Доктор, информацию, которую вы только что поведали о направлении ранения – очень важная. И знает ее только три человека, находящиеся в этой комнате. Я вас очень прошу – о ней не распространятся. Вы меня поняли?

Глава 6

Полдень того же дня. 12.00

На выходе с санатория ВВС у них проверили документы, отобрали пропуск и сделали отметку в журнале посещений. Пока на территории находился президент – в медучреждении ввели режим повышенной безопасности.

Сквозь «вертушку» пропускного пункта следователи вышли на улицу имени князей Кориатовичей.

– Извини, я сделаю один звонок! – сказал Шевчук, и отошел в сторону метров на десять. О чем и с кем говорил Григорий – Родион не слышал. Он не прислушивался, да и очень шумел проезжающий по бывшему Свердловскому проспекту транспорт. Спустя полминуты майор вернулся. Попелюх услышал, на своем телефон вибрацию от «упавшего» сообщения.

– Отец пригнал машину! – сообщил Родион Шевчуку, прочитав СМС.

 – Он ждет нас на стоянке напротив.

– Машина это хорошо… – задумчиво произнес майор, и, достав с портсигара сигарету, закурил. – Родион, ты все слышал, что нам говорили?

– Григорий, я все слышал!

– И какие выводы ты сделал?

– Совершенно неутешительные! – действительно грустно заметил Попелюх.

– А точнее? – не унимался Шевчук.

– Точнее? Хорошо, слушай. Первое! Мистики, связанной с посещения президентом фонтана, нет. Этот визит планировался.