Контрабанда

Олег открыл пластиковые двери Центрального переговорного пункта и вышел наружу. Родной город встретил его моросящей темнотой, подсвеченной уличными фонарями. Ступеньки блестели влажной поверхностью керамической плитки. Она была скользкой. И, поэтому, ее накрыли деревянной реечной решеткой. По ней Олег спустился на асфальт. Посмотрел на фасад «Главпочтамта», где висели электронные часы. Неоновые цифры высвечивали пятнадцать минут двенадцатого ночи.

« – Мне повезло, что застал Спартака дома, – подумал Олег, доставая с кармана «кожанки» сигареты.

 – Мог бы и не застать. Обычно ночами он «работает»… Как в ту ночь, когда я с ним познакомился…».

С характерным звуком открылась «Zipo». Олег поднес зажигалку к сигарете. Затянулся. Выпустил дым. Закрыл зажигалку. Спрятал ее в карман куртки. Прошел к автобусной остановке, где присел на скамейку.

Дом был рядом. Две минуты ходьбы дворами. Но, хотелось побыть на улице. Наверное, срабатывала привычка «шляться» по ночам через границу.

«Соборная» была совершенно безлюдной. Только на другой стороне улицы, возле универмага, стояло пару машин такси. Шел дождь. Поздний вечер был сырым, но теплым.

« – Грибной дождик… Еще и опята пойдут… Заморозков, как бы не намечается…»

Олег с удовольствие затянулся сигаретным дымом. Также, как прошлой весной, когда он сидел на «бензоколонке» между Глушково и Рыльском под первым теплым апрельским дождиком.

«Газончик» стоял на заправке, принимая внутрь бочки очередную порцию дизтоплива. Насос монотонно гудел, нагоняя сон. Его мощность была небольшой. Что бы заполнить всю машину надо было не менее трех часов. Прошло уже два часа.

Олег ожидал в «курилке». Деньги за «солярку» были посчитаны и отданы кассиру Вите. Тот, обычно, коротал время вместе с ним на улице. Но в этот раз, сославшись на дела, остался сидеть в своей будке. И, даже, не пригласил к себе, что, обычно, делал раньше.

Периодически его лицо мелькало в окошке. И Олегу, показалось, что он за ним наблюдает.

« – Странно это, странно это… Странно это ?… Или, нет?» – вспомнились слова с какого то телевизионного водевильчика советских времен. О том, что это странно – думать не хотелось. И, поэтому, Олег решил, что просто у человека свои проблемы. Так было удобней. И спокойней. Хотя, армейский опыт с такими выводами согласен не был.