Реактор. Черная быль

Гелька с содроганием смотрел, как глотали однокурсники эту отраву, и стараясь выглядеть по-молодецки, сдерживали гримасы отвращения, быстро пропихивая в себя куски халвы и запивая водой. Мерзкое зелье тем не менее свое черное дело сделало, парни захмелели изрядно, начали беспричинно смеяться, стали рассказывать скабрезные анекдоты, один хлеще другого. Андрей Герасимов ни с того ни с сего вдруг привязался к Гельке.

– Слышь, киндер, а тетя Света тебя за ручку водит, сопельки вытирает, перед сном колыбельную поет? А кормит она тебя чем, сисей?

Гелий попытался вскочить, но Света его удержала.

– А хочешь, мальчик томный со взглядом влюбленным, я расскажу тебе быль про нашу Светочку? – не унимался приставала, непонятно кому подражая, нарочито гнусавым голосом.

Андреева женским чутьем безошибочно почувствовала, что сейчас может наговорить этот враль, и прошипела угрожающе: «Заткнись, а то язык вырву!»

– Ох, какие мы страшные и грозные, – захихикал Герасимов. – Да вот только что-то я не очень испугался.

Потому что правда, она всегда себе дорогу пробьет. И вы, братцы, послушайте поучительную историю про любовь и коварство, кровь и разлуку.

Светлана вскочила и стремглав выскочила из барака. А Герасимов уже вошел в раж и рассказывал собравшимся о неудачном сватовстве Букреева и Андреевой, добавляя все новые и новые «пикантные» подробности. Кто-то из ребят пытался его урезонить, но остановить мерзавца было невозможно. Гелий стоически выслушал весь этот пасквиль до конца, потом подошел к Герасимову и сквозь зубы скомандовал: «Встань»! Тот поднялся, оказавшись на голову выше юнца: «Ну, встал, и что дальше?.

.» – но, не договорив, рухнул на пол, получив короткий резкий удар в солнечное сплетение. Поджав коленки, завыл тонко и протяжно.

Наутро, после скудного завтрака, пан Станислав созвал комсомольское собрание курса. Стас с пеной у рта доказывал, что драка «в общественном месте», да еще со студентом другого факультета, – это ЧП. Однокурсники так не считали. Староста Танька Туманова высказала общее мнение: «Ну, какая же это драка, не было никакой драки.

Дал подлецу по морде, и правильно сделал». На том и разошлись. Комсорг был доволен: инцидент не остался без его руководящего вмешательства, а он отреагировал правильно.

Герасимов в бараке у физиков больше не появлялся, но и Светка перестала приходить. Несколько раз Гелий наведывался к филологам, через Лану пытался ее вызвать, но она не выходила. Так и разъехались, не увидевшись.