Обыграть босса

Старалась хотя бы сдерживаться.

– Все равно я не понимаю, почему мы должны идти им на уступки. Подрядчики в очередь стоят за этими работами, – заговорил, наконец, Ерохин распространенными предложениями, – Нет. Всегда так делаем и они думали – это не аргумент. Пусть заканчивают работы на авансовую стоимость и убираются с объекта.

Он отбил звонок без лишних церемоний, положил трубку, взглянул на меня. Снова доброжелательная улыбка изогнула его рот.

– Добрый день, Лен. Смотрите, я делаю успехи – сегодня вовремя затормозил и вы даже не уронили папки, – пошутил он.

Мне тут же захотелось сказать, что с тормозом у него как раз все в порядке, а вот глаза нужно пришить на место. Хорошо, что такая объемная скабрезность не сразу слетела с языка, а потребовала секунду на удачную формулировку, и Ерохин успел продолжить говорить, не дав мне вставить слово.

– Давайте документы, посмотрим, что у вас.

Я подошла ближе к столу, сложила перед начальником стопочкой все, что сшила за утро.  Он открыл папку и начал читать.

– Присядьте, Лен, – Даниил Ильич указал взглядом на кресло у стола.

– Знаете, мне ведь только подпись ваша нужна, – проговорила я, не спеша воспользоваться предложением.

– Знаю-знаю, Катерина Пална мне так и сказала.

Я бы умилилась, как простецки он сократил отчество своего секретаря, которое являлось ее корпоративной кличкой, но меня волновали документы.

– Вы не собираетесь подписывать? – изумилась я.

Ерохин поднял взгляд от документов.

– Вы же не думаете, что я буду подписывать, не изучив материалы? – спросил так, словно я дура набитая.

Хотя примерно так я себя и вела.

– Но там же три тома, – нашла я аргумент.

– Потому я и предлагаю присесть, – снова растолковал мне недалекой Даниил Ильич, – Можете сделать себе кофе. В приемной кофеварка.

– Нет, спасибо.

Еще кофе мне не хватало. И так трясет от злости, беспомощности и собственной глупости. Приняв все эти грехи со смирением, я опустилась в кресло.  За то время, пока Ерохин шелестел бумагами я успела рассмотреть офис, как следует изучить стол начальника, понять, что мне пора записаться на маникюр, и почти успокоиться.

Он даже сам встал из-за стола, обошел его и вручил мне папки. Две. Третью продолжал держать в руках. Я потянулась за ней, взялась за край, чтобы забрать, но Ерохин не отпускал.