Матffей_тревел #космопорт

– Вылезайте, мы помирились, но нам тут больше не рады, так что идем на наш корабль, продолжим веселиться там, – сообщил Диез.

Парочка нехотя покинула убежище, и веселая компания быстро распрощалась с клубом. По пути Матфей легонько толкнул Романа, все еще обнимающего Мелодию, и подмигнул другу.

Хитрость удалась, план сработал идеально, спасенные гонги покинули «Увертюру».

Спустя три часа, под заразительный смех команды, Матфей рассказывал доктору и пилоту, пропустившим веселье, подробности операции.

«Да, – подумал Матфей, – пропадает в Ромке талант фотокорреспондента. Вот кому нужно было на журфак, ничего не упустил: и унылую песчаную планету с однообразными домиками поснимал, и клубные фото отлично настроение передают. Даже ни одного инопланетянина не забыл. И не просто не забыл – каждый получился с характером, словно отдельная история! С такими снимками хоть сейчас можно энциклопедию инопланетных рас издавать».

– Жаль только, нет снимков самой драки, корреспондент наш девушку под столом защищал, – смеясь, посетовала Стакката.

– А вот и защищал, – парировала Мелодия, – не все умеют кулаками махать, я, например, очень испугалась, и если бы не Роман…

Ей не дали закончить – в разговор вступил Диез с подробнейшим репортажем с «поля битвы». Внезапно он замолчал, изменился в лице и выскочил из кают-компании.

Все удивленно переглянулись, не понимая, что случилось.

– Он что-то на фото увидел, – предположила Мелодия.

– На каком из них? Уже штук десять сменилось. Роман, верни-ка назад, только не спеши, – без намека на веселье, попросила Стакката.

Найти какое именно фото так повлияло на тактика удалось не сразу.

– Стой, стой, Роман, верни предыдущую фотку, – Матфей подскочил к экрану и ткнул пальцем в изображение неприятного вида инопланетного гостя и испуганной миниатюрной блондинки на заднем плане, которую два крепких сотрудника службы охраны порядка тащили к запасному выходу.

– Ну? И кто это?.. – спросила командор.

Матфей глубоко вздохнул и нехотя рассказал историю Диеза: про аварию, девушку, в которую он бесповоротно влюблен, про ее отца и про безответные письма, которые хмурый тактик пишет каждый вечер.

– Вот так амурный поворот, – не смог скрыть своего удивления обычно сдержанный Баритон, – значит, у юноши разбитое сердце. Ай, как не хорошо, не наделал бы глупостей.