Престол Немедии

Но не мог же король забыть об этом награждении!

– Если бы это был не Нимед – неужели остальные придворные не заметили бы подмены? – резонно возразил Сварог. – Хотя бы королева!

– Королева в тюрьме, – напомнила Ирина. – И потом, в Немедии последнее время творятся странные дела. В Канцелярии все вверх дном. Кого-то казнили, кто-то бежал, остальные стремятся убедить друг друга, что они всемерно верны короне. Повсюду доносы и страх. Короля Нимеда никто не назвал бы мягким правителем, но устраивать в своей стране беспредел, точно в завоеванной непокорной провинции?.

– Как бы то ни было, Нимед там сидел или не Нимед – но нас он наградил, и мы можем ехать восвояси, – хмыкнул Сварог, пряча мешочек с монетами.

– Мы должны разобраться, что здесь произошло, – убежденно сказала Ирина. – Я просто чувствую присутствие чьего-то темного замысла, направленного против Немедии.

– Вот и разбирайся, – посоветовал сибиряк.

– Но это же не охота за контрабандистами в захолустном заморийском городишке! Здесь пахнет большой политикой! – Ирина почти умоляюще взглянула на двух авантюристов. – Быть может, это самое значительное дело в вашей жизни, которое вам суждено!

– Конечно – если за время этого дела нам отрубят голову, – саркастически заметил славянин.

– Гибнут невинные люди – кто-то должен же это остановить! – воскликнула девушка. – Я не могу обещать большую награду – но не все же измеряется деньгами, в конце концов!

Сварог лишь пожал плечами, не желая вступать в бесполезный спор.

– Я с тобой, Ирина – внезапно сказал Шамсудин со свойственным ему ледяным спокойствием. – Можешь рассчитывать на меня во всем. Я не уеду, пока мы не распутаем это дело или не убедимся, что с вашим королем все в порядке.

Сварог, приоткрыв рот, уставился на своего друга, а Ирина в порыве благодарных чувств кинулась полугному на шею и запечатлела на его губах горячий поцелуй, вызвав на смуглых щеках неустрашимого туранца слабый румянец.

– Но, Шамсудин… – с нажимом начал сибиряк, однако бывший воин Илдиза перебил его.

– Я сказал, – холодно и твердо произнес полугном, и Сварог замолчал, понимая, что переубедить принявшего решение туранца невозможно.