Посланник мрака

Утро 19 дня Второй весенней луны.

Маэль, граф Монброн.

Со времен ранней молодости Маэль просыпался очень тяжело. И в эпоху юношеского жития в фамильном замке Монбронов, и в захватывающие дни приключений на Полуденном Побережье, да и позже, в Латеране, он предпочитал ложиться спать на рассвете, а подниматься (если позволяют обстоятельства) не ранее полудня. Из-за этой досадной, но в общем-то обычной для многих людей привычки, молодой граф не раз попадал впросак – все давно проснулись, бегают, суетятся, а Маэль – извольте взглянуть! – дрыхнет без задних ног.

На «Вестреле» и «Крылатом змее» лет восемь-девять назад Монброна поднимали самым простым способом: полное кожаное ведро забортной воды выливалось на голову месьору второму помощнику капитана под отчаянные вопли «Тонем!» и «Пожар!». Маэль зевал, с трудом продирал глаза, осоловело оглядывал злых шутников, снова зевал, но все-таки пробуждался. Пиратская жизнь требует от корсара Его величества короля Зингары действия, действия и еще раз действия. Посему за все годы морских путешествий Монброн ни разу как следует не высыпался.

В Латеране стало проще. Во-первых, еще не настали те блаженные времена, когда основная работа конфидента тайной службы будет заключаться в разборе бесчисленных пергаментов и трудах более умственных, нежели связанных с путешествиями и приключениями. Кинжал, маска, черный плащ, стилет в сапоге, на небе полная луна, в отдалении раздается зловещий вой волков, переписка туранского визиря и кофийского герцога выкрадена, под утро (после бегства от погони) можно вернуться в свое тайное пристанище, завалиться спать, а следующим вечером, ближе к закату, оседлать горячего коня и на галопе уйти в сторону ближайшей границы…

Чрезвычайно романтичное представление, не имеющее почти ничего общего с действительностью.

Даже теперь, когда граф Монброн выполнял личное поручение Его величества короля Аквилонии, когда загадка громоздилась на загадку и тайна прорастала из тайны, когда соседнее великое королевство стремительно погружалось в омут хаоса и безвластия, Маэль не изменил своим привычкам.

– Проснись, граф! Тебя ждут великие дела!

– Бу-бу-бу… – очень недовольно донеслось из-под шерстяного пледа. – Веллан, отцепись! Не видишь, я занят! Я сплю!

– Скоро полдень будут звонить, – сообщил оборотень и потыкал шерстяной сверток, возлежавший на широкой лавке, ножнами от меча. – Мы с Тотлантом заказали обед.

– Я потом покушаю… – невнятно прогудел Монброн.