Книга Бытия

Бедолагу Раваала, чей дух был заключен в статуэтке, найденной в заброшенном храме Чернолицего бога в Граскаальских горах, варвар давно хотел пристроить, так сказать, в «хорошие руки». Древний бессильный божок, вовсе не вредный, а скорее очень несчастный и огорченный тем, что люди в него не верят, нуждался хотя бы в одном почитателе…

Конан терпеливо выслушал все речи мальчишки до конца и неторопливо проговорил:

– А теперь послушай меня. Я разбираюсь в этом деле немного побольше, чем ты. В конце концов, именно я приложил руку к уничтожению последней шайки Чернолицых.

На самом деле Раваал – неплохой бог, его просто оклеветали. Подробности он расскажет тебе сам. Держи, это он и есть.

Арт повертел статуэтку Чернолицего в руках и с сомнением посмотрел на киммерийца:

– Ладно, я возьму… Но если что – товар назад! Кстати, мы пришли.

– Да вижу, – буркнул Конан, который истово молил Крома о помощи. В последнее время Раваал завел привычку постоянно являться варвару во сне и ныть, убеждая сменить веру.

И сейчас Конан был счастлив, что Чернолицего удалось наконец хоть кому-то спихнуть. Пускай дальше выкручивается сам!

Деревянная резная дверь, ведущая в дом Джарефа, оказалась накрепко заперта. Громкий стук и не менее громкие вопли: «Джареф, вылезай, мы знаем, что ты там!» успеха не имели.

– Наверное, он на службе, – предположил Арт. – А слуги ушли. Вы же знаете, он капитан королевской стражи…

– Ого, – удивился Эртель. – А нам он как-то позабыл об этом сказать.

– Не суть важно, – перебил Конан.

 – Пойдем перекусим, выпьем и вернемся попозже. Не будет же он целый день торчать во дворце… Арт, здесь поблизости отыщется местечко, где честный наемник мог бы весело спустить заработанные денежки?

* * *

Трактир, отрекомендованный Артом как самое подходящее место для расставания с золотом, назывался «Орел и медведь». Он находился на улице Ткачей, примерно в квартале от дома Джарефа. Добраться, следуя четким указаниям паренька, оказалось легко.

Конан придержал лошадь перед добротным трехэтажным, опять же каменным зданием с огромной вывеской, на которой весьма приблизительно изображенные орел и медведь, сидя в обнимку, хлестали пиво из больших деревянных кружек. По размерам трактир больше смахивал на большой постоялый двор и жизнь в нем била ключом. Люди постоянно входили и выходили, порой выползали или вылетали. Пьяных в стельку у дверей не валялось, размалеванных шлюх тоже видно не было.