Октопус

Позволить ей забраться в укромное место и укусить? Рина поёжилась. Неизвестно, что это за дрянь, какую заразу может занести… Но всё-таки надо налаживать контакт.

Поборов дрожь, она взяла скользкое существо и посадила себе в левое ухо. Холодная мерзкая тварь закопошилась, протискиваясь в слуховой проход. Рина стиснула зубы, борясь с искушением выдрать её и раздавить.

Укус…

Левая половина головы онемела, челюсть не чувствовалась, как от укола дантиста. Кто-то разглагольствовал рядом, голос был приятный, мужской:

– …И ещё ниетта создаёт информационное поле, посылает сигналы прямо в мозг носителю, причём носитель сам расшифровывает информацию в понятные для него звуковые образы.

Рина оглядывалась, пытаясь понять, кто говорит. Слова будто не звучали, а сами рождались под черепной коробкой. Вглянула на шоколадного октопуса: тот смотрел искоса, повернув к ней правый глаз, и щёлкал.

Щелчки были понятны! Причём один врывался в сознание длинной фразой, а целая тирада могла перевестись как «Эх!». Начальник продолжал:

– Водоросли. Вкусные водоросли. Подними ласты вверх и получишь еду.

Рина рассмеялась и сказала по-английски:

– У нас руки, как и у вас. Только две, а не восемь.

Октопус щёлкнул удивлённо:

– Вы умеете считать до восьми?

Его интонации казались теперь понятными; даже мимика, игра цветов обрели оттенки смысла.

Рина подтвердила:

– И не только до восьми.

– Выращиваем, дар Древних, – с опаской ответил октопус. – Ниетта у вас уже внутри, а червя, который её переносит, я могу убрать. Позвольте ваш слуховой орган?

Рина наклонилась, и холодные мелкие пальчики ловко выдернули из уха противное существо.

– Спасибо, – поблагодарила она, выпрямляясь. – Я – Екатерина Куравина, можно Рина. Это Хонер Таффанель. Верните наши вещи и выведите из пещер, чем быстрее, тем лучше.

– Погодите-погодите! – Октопус вскинул сразу четыре руки, он то пунцовел, то зеленел. – Кто вы? Вы обладаете развитой речью, умеете считать, знаете о единицах времени, имена у вас сложные. Я вживлял ниетту муренам, другим существам. Дельфины называют некоторые предметы, выполняют команды. Дикие осьминоги понимают разницу между большими и малыми числами, осваивают простейшие предложения. Но у вас я вижу совершенно особенный интеллект.