Давай перевернём Вселенную

Он попал в Древо не с Земли и выглядел как лось без рогов, но морда покороче, и фигура человеческая, разве что коленки назад. На руках клочками росла шерсть, словно натянул сильно поношенные бархатные перчатки.

Инга указала на семена:

– Убери их, а?

Лось вытащил из своей шишки длинный серебристый шнурок, кинул Инге в грудь. От него по костюму расползлись искрящиеся полосы, даже сквозь ткань чувствовался их холод, всё тело покрылось сверкающей сеткой, медленно уходящей внутрь одежды и кожи.

Нападающие тут же потеряли к жертве всякий интерес. «Зубы» засеменили в разные стороны по стенам, вызывая непреодолимое желание позвонить в ЖЭК и вызвать службу дезинсекции. Некоторые, застрявшие в древесине, всё ещё пытались освободиться, Винтераксис принялся им помогать: брался двумя руками за белые бока семени и выдёргивал, как морковку.

– Испуга-алась? – осведомился он.

– А то! – Хотя сетка исчезла, Инга ещё дрожала. – Больше не привяжутся?

– Не-ет, я маскиро-овку поста-авил, они не чуют теперь.

– Ты бы лучше открыл проход обратно в Москву. У меня там профессора голодные. Я, вообще-то, за ножом вышла, и вдруг хватают, тащат.

– Успе-ешь. Всегда-а можешь вернуться в то же мгновение, когда ушла. Дава-ай чайку?

– Вот ты странный! – изумилась Инга. – Обычно спешишь, отделываешься от меня любыми способами. Кто талдычил «быстрей, не трать личное время?» А тут чаёвничать собрался.

Винтераксис опустил морду в пол, шаркнул острым копытом:

– Понима-аешь, днями и ноча-ами ношусь, то ва-арги прорвутся, то гусеницы. Всё один, и поговори-ить не с кем.

Его растянутый свитер с головой чёрного единорога из мультика «My Little Pony» болтался на костлявых плечах, как на чучеле, потрёпанные широкие джинсы грозили вот-вот стать ультрамодными, рваными. Да и короткая шёрстка на шее вытерлась, а на загривке свалялась; совсем себя запустил.

– Работяга, – улыбнулась Инга.

Он взглянул благодарно, поднял торчком округлые, будто погрызенные уши. Повертел шишку – и стена расступилась, открывая глубинный ход, за ним оказался такой же коридор, чуть пошире и посуше.

Хорошо, если тут недалеко идти, а то скакать на каблуках по бугристым корням – так себе удовольствие. Вот вернёшься к Любовь Николаевне, и объясняй, почему носки у лодочек сбиты и укладка от влаги распрямилась.