Бездна для героя

Когда они скрылись, Инга взглянула на «мутанта». Шелли отключилась. «Обморок – опасное для жизни состояние, характеризующееся…»

Она хлестала инопланетянку по щекам, пока не отбила пальцы о костяной гребень. Наконец, пациент очнулся.

– Две руки, – пробормотала девочка (и как только ей удаётся бормотать свистя? Почему вообще в этом свисте различимы слова?) – Вы видели – у него было две руки?

– Ну и что? – не поняла Инга. – У тебя тоже две руки, и у меня, и у Доктора.

– Я сплю… – простонала Шелли, обхватив колени.

Доктор одним грациозным движением оказался на ногах:

– Это можно легко проверить!

И бесцеремонно залез Инге за пазуху, даже ойкнуть не успела. Вытащил конспект лекций, отбросил половину за плечо.

– Эй, я писала их неделю! – возмутилась она.

Ей сунули под нос текст:

– Читай, второй абзац сверху. Только не вздумай – вслух!

Потом записи отправились к инопланетянке:

– Что у тебя, Шелли?

– О развитии конта-… Кон-та-ги-оз-ных болезней, – пролепетала малышка.

И читать по-нашему умеет? Мистика.

– Ну да, там так написано. – Инга пожала плечами.

– Я то же прочёл. – Доктор крутанулся вокруг себя и показал на неё растопыренными пальцами:

– Если бы это был сон, слова у всех были разные, не находишь? – и снова склонился к ребенку:

– Значит – не спишь. Мы в другом мире. Никак не могу определить, с какой ты планеты… Как называется у вас солнце?

– Солнце.

– А созвездия ты какие-нибудь знаешь?

Фиолетовые глаза смотрели непонимающе.

– Звёзды? Огоньки такие в небе?

– Огоньки в… небе?

Доктор начал терять терпение:

– Слушай, сколько тебе лет, Шелли?

– Семь, – она снова начала всхлипывать.

– Ладно, успокойся. Пойдём с нами.

«Я бы и пяти не дала, – размышляла Инга. – Всего семь, а уже такая разумная, не капризничает в незнакомом месте. Впрочем, на другой планете год может и десять наших длиться, может, по-земному ей пара веков».

Уже как-то легко верилось в другие планеты, инопланетян и всякое подобное. Наверное, на определённом этапе мозг перестаёт отрицать происходящий вокруг абсурд, просто пытается не свихнуться и найти способ выжить.

Стоило выйти из зала, под ноги легла нежная травка. Над головой ярились июньские клёны в свежей, сочной зелени, полные решимости порвать потолок и найти солнце, светильники очерчивали канвой каждый лист. Колени ласкало тепло.