Богиня

И вот зубная щетка Маттео стоит рядом с ее щеткой. Трусы перемешаны в дикой коллаборации в ящике.

– Шери, может, сегодня в ресторан? – раздалось из комнаты, не успела Ева переступить порог своей квартиры.

Как так получилось, что Ева стала жить с Маттео? Ходить в рестораны и оплачивать их, платить за жизнь не только свою, но и Маттео?

– Ваш счет, мадмуазель, – улыбался официант, вручая кожаную книжечку Еве. Эта приторная фраза звучала как «я вижу, кто здесь папочка и за все платит».

Ева как будто проснулась ото сна, с опаской смотря на счет, потом на Маттео.

– Шери, мне нужно завтра сходить в торговый центр. Привезли новую коллекцию джинс. И ты можешь дать мне триста евро? Надо родителям в Мельфи переслать.

Глаза Евы наполнились ужасом. На нее как будто вылили ушат холодной воды.

– Стоп! – кинула Ева счет на стол.

– Я подойду попозже, – решил срулить из зоны риска официант.

– Что случилось, шери? – спросил Маттео.

– Какие джинсы? Какие деньги? – скрестила руки на груди Ева.

– А что-то не так? – искренне удивился Маттео, – ты же раньше давала мне денег. В чем проблема? Я думал, что тебя все устраивает.

– С чего мы вообще стали жить вместе? Почему я плачу за все?

– Шери, прости, но я так понял, что ты готова к этому и согласна платить. Мы уже полгода вместе, и раньше ты не жаловалась.

– Полгода? – переспросила Ева. – Платить?

Похоже, она заигралась во «властного мужчину».

– Вы готовы оплатить счет? – из темноты подкрался официант.

– Включите в счет бутылку шардоне, с собой, – ответила Ева, – а счет ему. Сегодня он «кормилец в семье».

– Что?! Шери, но у меня нет денег! – испуганно кричал Маттео.

Но Ева, схватив бутылку, улыбнулась и ушла из ресторана.

Ева сидела на берегу моря и пила.

Как она могла дойти до такого? Она превратилась в мужика. И эта трансформация случилась за какой-то год. Ева закрыла глаза и зажмурилась. Ей стало так обидно. Ну почему, почему так все происходит? Мужчины хотят ею обладать, причиняя боль. Либо используя ее. Как получилось так, что она стала тем, в ком сама нуждается?

После традиционной пьяной эсэмэски маме Ева зашла в воду.

– Кто ты мне? Друг или враг? – спросила Ева, пуская пустую бутылку в море.