Как продать душу дьяволу

– Я знаю, мы редко видимся сейчас из-за моего назначения и твоей активной благотворительности, – он снова откинулся на спинку кресла и подхватил бокал виски со столика.

– Ты молодец, Лоуренс, мой милый мальчик, – прошептала я, смотря ему прямо в глаза.

О! Его невероятные каре-желтые глаза.

– Никто, кроме тебя, не смог быть таким прекрасным мужем, сыном и бизнесменом.

Да, я хотела своей порции его незабываемой любви. Я знала, за эти слова он наградит меня. Наградит так, как умеет лишь он.

«Мой мальчик» просил одобрения.

В его глазах вспыхнул знакомый огонек.

Он грубо взял меня за волосы и страстно поцеловал, покусывая мою нижнюю губу.

Лоуренс обнял меня за талию, поднимая с колен.

Наша всепоглощающая страсть друг к другу доставляла и ему, и мне неописуемый восторг.

Нежный, сладострастный секс смешивался с диким желанием доставить друг другу боль.

Лоуренс крепко хватал меня за волосы.

Укусы, шлепки, связывания. Все это было частью нашей «игры».

На вечере по случаю объявления помолвки это случилось впервые.

Очередной повод для английской элиты похвастаться молодыми любовниками, приобретенными картинами, землями и всякой другой чушью…

– Мы стояли с моими родителями и приветствовали гостей, – лежа на кушетке от Антонио Бастон, Лоуренс изливал остатки своей души доктору Кардину.

– Эта бесконечная череда приезжающих через каждые пятнадцать минут начала утомлять. Но! Этикет! Пока не соберутся все триста пятьдесят гостей – а это только самый приближенный круг, – за стол нельзя. А также нельзя уединиться с невестой…

– Лоуренс, – медленно и аккуратно прервал его доктор Кардин, – что ты чувствовал тогда?

– Я же рассказываю вам, – возмутился Лоуренс, сжав переносицу указательным и большим пальцами.

Доктор Кардин что-то зафиксировал в своей тетради.

Ах да… еще помню тот вечер. Лоуренс был необычайно красив, как всегда. Будущая свекровь одела меня в нежно-голубое платье от Александра Маккуина.

Я, конечно, согласилась с ее выбором, но Лоуренс, увидев меня в этом платье, озвучил мои мысли:

– Надеюсь, Виктория и Стелла не обидятся, – улыбнувшись, Лоуренс повторил эту фразу с вечера помолвки доктору Кардину.

Доктор усмехнулся.

– Она тогда сдержала свой хохот. Она была прекрасна.