Ведана. Проклятый дар

У вас?

– Ужасно! Эта стерва опять срезала мою презентацию, – Ирина перехватила инициативу, – Представляете, она на самом деле объявила конкурс среди стажеров. Стажеров! Как будто эти недоумки могут предложить что-то стоящее! Цербер! Она специально это делает, пытается унизить меня в глазах Красавчика.

Я попыталась абстрагироваться от бесконечного потока грязи, временами переходящего на заурядный мат. Голос блонди доходил почти до ультразвука, виски пронзило болью. Ощущение, будто наступил на коровью лепешку – вроде не смертельно, но неприятно и вонюче.

Прости господи, но кажется, я впервые встретила человека, которого не прочь увидеть в кошмаре.

– Ирина, извини, но почему мы должны выслушивать твои излияния? – не выдержала я, искренне не понимая по какой причине остальные молча позволяют лить на себя эти помои.

Ирина смешно выпучила глаза. На пару секунд из них даже ушла злоба, уступив место изумлению. Губы, аккуратно подведенные алой помадой, удивленно приоткрылись. К сожалению, молчание продлилось недолго.

– Что?! Да ты кто такая, чтобы рот открывать? – вена на лбу блонди грозила лопнуть от возмущения.

– К сожалению, я ваша коллега. И раз уж вынуждена находиться с вами в одном помещении, то прошу не засорять атмосферу негативом, – из последних сил пыталась не скатиться до ругани.

Катя и Марина уставились на меня одновременно ошеломленными и восхищенными взглядами, Женя, судя по затравленному виду, готов был малодушно залезть под стол. А Ирина глотала ртом воздух, набираясь сил, чтобы вылить очередную порцию оскорблений уже на мою голову.

– Ты, никчемная выскочка! Как ты смеешь так со мной разговаривать! Да ты знаешь кто я?

– Знаю! – перебила ее на вдохе, – Злобная, эгоистичная истеричка, которая не справляется со своей работой и пытается в собственной несостоятельности обвинить всех вокруг.

Кажется, Ирине никто не противоречил до этого момента, потому что словесные аргументы резко иссякли и девушка пошла в физическое наступление. Чувствую, если бы не открывшаяся в этот момент дверь, я бы лишилась немалого количества любовно уложенных маминым парикмахером волос.

В прямом противостоянии я не смогла бы выстоять даже против миниатюрной блонди. Не столько потому, что моя физическая подготовка ограничивалась легкой ежедневной зарядкой, сколько по причине тотального пацифизма. Я просто не способна причинить кому-либо боль.

– Что здесь происходит! – Яна Андреевна смотрела на нас, как на нашкодивших дошколят.